harmful_grumpy (harmfulgrumpy) wrote,
harmful_grumpy
harmfulgrumpy

Categories:

"12 стульев" и "Золотой теленок" написал М.А. Булгаков?! Часть II

Оригинал взят у systemity в "12 стульев" и "Золотой теленок" написал М.А. Булгаков?! Часть II
И что нам с этим делать?  


Ася Крамер

(Продложение. Начало в http://systemity.livejournal.com/2982549.html)

Все это, по сути,  только вступление к книге Ирины Амлински. Она вообще мало говорит об Ильфе и Петрове. Ее книга – о Булгакове. Она прочла все его  романы, очерки, рассказы фельетоны, воспоминания друзей, знакомых и жен. И нашла происхождение   столь знакомых нам названий, эпизодов, монологов, диалогов, шуток, географических названий и многого-многого другого. Впрочем, и произведения Ильфа и Петрова, все их фельетоны, очерки и другие тексты она тоже проработала  и время от времени поражается их стилю, столь далекому от стиля  знаменитых романов об Остапе Бендере и  Кисе Воробьянинове!

Мы уже сказали, что эта славная пара культовых персонажей имеет в виде «прародителей» двух других булгаковских героев - проходимца Аметистова и аристократа  «из бывших» Обольянинова  (пьеса «Зойкина квартира»)!  Почему образы схожи? Почему детали перекликаются? Простое  заимствование или что-то другое?
Дайте ответ!
Никто не дает ответа, только Ирина Амлински продолжает удивлять. Да, вот уж кто проделал каторжный труд, и, как говорил один из культовых персонажей «Двенадцати стульев», - не корысти ради! А истины для!
Рассказать  все удивительные совпадения – никакого места не хватит. Расскажу о нескольких. И дополню их своими рассуждениями и недоумениями: как мы этого раньше не видели!


Ильф и Петров авторы лояльные, работали позже в «Правде», были, по словам Петрова,  раздражены НЭПом и воспринимали его только из-за того, что такова была линия партии. «Партия все знает, надо идти вместе с ней. Для нас, беспартийных, никогда не было выбора — с партией или без нее. Мы всегда шли с ней. И нас всегда возмущали и смешили писатели, выяснявшие свое отношение к советской власти. И с этими писателями возились» - писал Евгений Петров.

А Остап говорит так:
«Я не люблю быть первым учеником и получать отметки за внимание, прилежание и поведение. Я частное лицо и не обязан интересоваться силосными ямами, траншеями и башнями. Меня как-то мало интересует проблема социалистической переделки человека в ангела и вкладчика сберкассы. Наоборот. Интересуют меня наболевшие вопросы бережного отношения к личности одиноких миллионеров.».

 «Я хочу отсюда уехать. У меня с советской властью возникли за последний год серьезнейшие разногласия. Она хочет строить социализм, а я не хочу».
Могли ли такие слова написать  те, кто «всегда шли с партией»?

Илья Ильф любил исторические книги, описания сражений, увлекался фотографией и чтением различных железнодорожных справочников. Но нигде в романах это его увлечение не проявляется. А проявляются там:  любовь к опере, знание десятков дореволюционных романсов, знание медицинской терминологии и врачебных процедур, а также тоска по хорошему белью с упоминанием уймы своеобразных «бельевых» терминов.

Ирина Алински все это скрупулезно выписала.  И для чего она это сделала?
Дело в том, что все эти качества  были свойственны Булгакову!  Булгаков - врач, а в молодости  серьезно занимался музыкой, профессионально пел. И актерский опыт имелся. Со своей актерской пробой в молодые актерские годы автор (или все-таки авторы?) знакомят читателя монологом Остапа Бендера:
«О, моя молодость! О, запах кулис! Сколько воспоминаний! Сколько интриг! Сколько таланту я показал в свое время в роли Гамлета! Одним словом, – заседание продолжается».

А вот отрывок из дневника М.А. за 1922 год:
«26 января. Вошел в бродячий коллектив актеров, буду играть на окраинах. Плата 125 за спектакль. Убийственно мало».
Ильф и Петров отрицательно относились к романсам, видели в них – и не без оснований – буржуазную пошлость. «Итак, пролетарий, вот тебе романсик. Спой, светик, не стыдись! Это ведь чистая работа». (Цитата из личного архива дочери И. Ильфа). Больше о романсах Ильфом и Петровым не написано ни слова за всю совместную деятельность.
Несмотря на это, только в тексте романа «12 стульев» мы читаем (более 20 мест!) строки популярных романсов и авторские отзывы о них в положительном ключе!» – пишет Амлински.

«И радость первого свиданья мне не волнует больше кровь», «Бейте в бубны, пусть звенят гитары...», «Все учтено могучим ураганом…», «Не уходи. Твои лобзанья жгучи», «Мы разошлись, как в море корабли», «Вы мне, в конце концов, не мать, не сестра и не любовница». (парафраз строки романса  «Узница»  «Что мне она! – не жена, не любовница, и не родная мне дочь!»), «А поутру она вновь улыбалась»,«Это май-баловник, этот май-чародей веет свежим своим опахалом», «Я здесь, Инезилья, стою под окном».  и т. д., и т. д.

Но еще больше впечатляют музыкальные познания и музыкальная терминология.
 «Многая ле-ета. Многая лета! Много-о-о-о-га-ая ле-е-е-т-а!.. – вознесли девять басов знаменитого хора Толмашевского. Мн-о-о-о-о-о-о-о-о-гая л-е-е-е-е-е-та!.. – разнесли хрустальные дисканты. Многая... Многая... Многая... – рассыпаясь в сопрано, ввинтил в самый купол хор». Это писал человек, хорошо разбирающийся в музыке, в том числе и в хоровом церковном пении.

Для сравнения дотошная Ирина Амлински предлагает еще один небольшой отрывок из рассказа «Нюрнбергские мастера пения», написанного Петровым в 1929 году. Естественно, на «музыкальную» тему: «Дирижер Л. Штейнберг был на высоте. Кто скажет, что он не был на высоте, пусть первый бросит в меня камень. Он возвышался над оркестром и был виден всему зрительному залу. Постановщик, художник и хормейстер тоже были на высоте. Мы хотим подчеркнуть этим, что постановка была хорошая, декорации великолепные и хор отличный».

И тут же через один абзац еще одна потрясающая цитата:
«Теперь нужно сказать несколько теплых, дружеских слов о певцах. Певцов было много, очень много. Они были одеты в различные костюмы. Одни были низенькие. Другие – наоборот, высокие. Иные были с бородами. Иные – так, бритые. Среди них были две женщины: одна – высокая, полная, другая – тоже полная, но пониже ростом».
Да, вот и я говорю...

Один сетевой корреспондент спросил меня:
«А какой факт из книги вам показался наиболее сильным, так сказать, решающим?»
Есть такой факт! Он связан с «детьми лейтенанта Шмидта».

 В 1924 году М. Булгаков опубликовал  «Золотые корреспонденции Ферапонта Ферапонтовича Капорцева».
Вот отрывок из них:
 «В нашем славном Благодатском учреждении имеется выдающийся секретарь. <...> Над собой повесил надпись: «Рукопожатия переносят заразу», <...> и кроме этого, выстроил решетку, как возле нашего памятника Карла Либкнехта, и таким образом оторвался от массы начисто.
В один прекрасный день появляется возле решетки молодой человек. Одет очень хорошо, реглан-пальто. Рыженький. Усики. Галстук бабочкой. Взял стул, сидит. Секретарь всех откаркал от решетки и к нему:
– Вам что, товарищ? Короче!
А тот отвечает:
– Ничего, товарищ, я подожду. Вы заняты.
Голос у него великолепный, интеллигентный.
Тот брови нахмурил и говорит:
– Нет, вы говорите. Короче.
Тот отвечает:
– Я, видите ли, товарищ, к вам сюда назначен.
Тот брови поднял:
– Как ваша фамилия?
А тот:
– Луначарский. – Молодой человек так скромно кашлянул. Вежливый. – Луначарский.
Тот открыл загородку, вышел, говорит:
– Пожалуйте сюда (уже «короче» не говорит), – и спрашивает: – Виноват (заметьте: «виноват»), вы не родственник Анатолию Васильевичу?
А тот:
– Это не важно. Я – его брат.
Хорошенькое «не важно»! Загородку к черту. Стул.
– Вы курите? Садитесь! Позвольте узнать, а на какую должность?
А тот:
– За заведующего.
А заведующего нашего как раз вызвали в Москву для объяснений по поводу паровой мельницы, и мы знаем, что другой будет.
Что тут было с секретарем и со всеми, трудно даже описать – такое восхищение. Оказывается, что у Дмитрия Васильевича украли все документы, пока он к нам ехал, и деньги в поезде под самым Красноземском, а оттуда он доехал до нашего Благодатска на телеге, которая мануфактуру везла. Главное, говорит, курьезно, что чемодан украли с бельем. Все собрались в восторге, что могут оказать помощь. И вот список наших карьеристов:
1) Секретарь дал, смеясь, 8 червонцев.
2) Кассир – 3 червонца.
3) Заведующий столом личного состава – 2 червонца, мыло, полотенце, простыню и бритву (не вернул)».
Господи, так тут и дети лейтенанта (рыженький Шура Балабанов!) присутствуют, и продажа  киносценария «Шея»! – «Короче»!)

Продолжим наше интересное путешествие по книге Ирины Амлински, путешествие, которое ставит  больше вопросов, чем получает ответов.

Булгаков, Ильф и Петров приятельствовали, навещали друг друга.  В записных книжках Ильфа, первая запись в которых сделана в августе-сентябре 1927 года, (как все сплетено вокруг этой даты!), на первой странице имеется адрес и телефон новой квартиры Булгакова. А Булгаков навещал приятелей. И попутно оставил незабываемое описание жилищного кризиса, охватившего Москву, которая и тогда, и сейчас «была не резиновая».

Это описания читатель увидит в «Двенадцати стульях». Как они туда попали? Действительно, ли авторство принадлежит Булгакову или это некие «литературные заимствования», навеянные  эпохой, - судить читателям.

« Последние три года убедили меня, и совершенно определенно, в том, что москвичи утратили и самое понятие слова «квартира» и словом этим наивно называют что попало. Так, например, недавно один из моих знакомых журналистов на моих глазах получил бумажку: «Предоставить товарищу такому-то квартиру в доме № 7 (там, где типография)». Подпись и круглая жирная печать.

Товарищу такому-то квартира была предоставлена, и у товарища такого-то я вечером побывал. На лестнице без перил были разлиты щи, и поперек лестницы висел оборванным толстый, как уж, кабель. В верхнем этаже, пройдя по слою битого стекла мимо окон, половина из которых была забрана досками, я попал в тупое и темное пространство и в нем начал кричать. На крик ответила полоса света и, войдя куда-то, я нашел своего приятеля.

Куда я вошел? Черт меня знает! Было что-то темное, как шахта, разделенное фанерными перегородками на пять отделений, представляющих собой большие продолговатые картонки для шляп. В средней картонке сидел приятель на кровати, рядом с приятелем его жена, а рядом с женой брат приятеля, и означенный брат, не вставая с постели, а лишь протянув руку, на противоположной стене углем рисовал портрет жены. Жена читала “Тарзана”.

Эти трое жили в трубке телефона. Представьте себе вы, живущие в Берлине, как бы вы себя чувствовали, если б вас поселили в трубке. Шепот, звук упавшей на пол спички был слышен через все картонки, а ихняя была средняя.
– Маня! (из крайней картонки).
– Ну? (из противоположной крайней).
– У тебя есть сахар? (из крайней).
– В Люстгартене, в центре Берлина, собралась многотысячная демонстрация рабочих с красными знаменами... (из соседней правой).
– Конфеты есть... (из противоположной крайней).
– Свинья ты! (из соседней левой).
– В половину восьмого вместе пойдем!
– Вытри ты ему нос, пожалуйста...
Через десять минут начался кошмар: я перестал понимать, что я говорю...».

Читатели не могут не узнать в этом отрывке будущее описание общежития студентов-химиков им. монаха Бертольда Шварца»! (Кстати, никакого общежития студентов-химиков не существовало, а было в Москве общежитие студентов-медиков, в котором Булгаков некоторое время жил).

Да вот хотя бы название, которое присвоено в романе Киеву – «Старгород». Из этого «русского» названия украинской столицы (Старгород – Новгород) – нагло выглядывает монархистский  кукиш М.А. Булгакова!
Или возьмем описание неизвестного  уездного городка.

«Первым звоночком, привлекшим мое внимание, – пишет Ирина Амлински,  – была нежность в описании достопримечательностей уездного городка. Повествование проникнуто любовью, хотя ничем, на первый взгляд, эта любовь к провинциальному захолустью не могла быть вызвана. «Полная диковинного света улица», «весенние вечера были упоительны», «приятнейшая из улиц» – такими эпитетами одарил автор этот ничем не примечательный  городок. Поэтому вывод напрашивался сам собой: чем-то это место было ему дорого.

А теперь прочтем еще одно описание такого же маленького городка:
«И вот я увидел их вновь, наконец, обольстительные электрические лампочки (вот что имел в виду автор, упоминая «диковинный свет» - электрические лампочки!) и главная улица городка, хорошо укатанная крестьянскими санями, улица, на которой, чаруя взор, висели – вывеска с сапогами, золотой крендель, изображение молодого человека со свиными наглыми глазками и с абсолютно неестественной прической, означавшей, что за стеклянными дверями помещается местный Базиль, за 30 копеек бравшийся вас брить во всякое время, за исключением дней праздничных, коими изобилует отечество мое».

Зарисовка взята из рассказа «Морфий», в котором описан уездный город Вязьма. В этот городок был переведен из села Никольское молодой врач Михаил Булгаков, который проработал полтора года в деревне, не видел никого, кроме больных, фельдшера и двух акушерок, и радовался газете двухнедельной давности».

Кропотливый труд Ирины Амлински дал  поразительный улов. Сюжеты, описанные в очерке «Киев-город» (вот вам, кстати, и семантика названия «Старгород»!), повторялись в «Двенадцати стульях». Старушки из собеса, поющие «Тройки удалый разбег», оставили свои следы в прежних булгаковских произведениях. Учебник «Физика Краевича» родом из его детских воспоминаний. «Страусиный наряд» дивы из Парижа и «бритые подмышки» принадлежали второй жене Булгакова, Любови Белозерской, которая во время эмиграции была принята в знаменитый мюзик-холл «Фоли-Бержер». Французский и немного немецкий, словечки и фразы из которых украшали речь Остапа Бендера, – это те языки, которыми владел Булгаков...

Еще в романах  «12с» и «ЗТ» разбросаны намеки на франко-масонов и розенкрейцеров. Ильф и Петров в связях с «сыновьями вдовы» и «вольными каменщиками» замечены не были, а вот Булгаков увлекался, одно время посещал литературный кружок Московского ордена тамплиеров – был, оказывается, такой..

Следует признать, что автор Ирина Амлински очень убедительно доказывает свою точку зрения, а именно: авторство Булгакова. Давайте попробуем  выступить ее оппонентами и доказать авторство Ильфа и Петрова.

Конечно, она потратила на свое исследование 12 лет, а у нас таких намерений нет, но если автор играет «прокурора», давайте попытаемся взять на себя роль «адвоката». Я думаю, что редакция с радостью опубликует ваши мнения по этой теме, если в них будут убедительные доводы.

И заодно сформулируем (для будущих исследователей!) и другие вопросы: почему была (если была!) произведена эта грандиозная мистификация? Кому она была нужна? Были ли все трое ее жертвами? Есть ли там «швы», которые  могут подтвердить участие нескольких авторов?

На все это еще предстоит ответить литературоведению. Ясно одно: век Интернета и свойственная ему информационная доступность открывает все новые тайны! Вот и  в данном случае ящик Пандоры открыт, и захлопнуть его, запихав содержимое обратно, уже не получится.

А что нам теперь делать? Что прикажете делать со всей этой шоковой информацией?
Я предлагаю для начала достать с полки любимые томики и перечитать их.



Комментарий к статье А. Крамер:

Имя: Сергей

Ирина Амлински с большой долей вероятности права в том, что М. Булгаков был причастен творчески к созданию коллективного романа Ильфа и Петрова ("12 С" и "ЗТ"), к которому и В. Катаев... "руку приложил"(брат Петрова).

Да, именно тот Булгаков, который, будучи "обласканным" вниманием Сталина, был доведен властью до состояния крайней нищеты к в концу 30-х г.г. Вот, степень его участия... как полноценного автора, не очевидна. Но, тайна есть, и.. "велика есть"!

Обратите внимание. Оба, и Ильф и Петров, прожили полных 39 лет, и... к этому еще ровно по плюс 7 полных месяцев каждый. Хотя, умерли в разное время. Ильф скончался в СССР после возвращения из Штатов, где у него проявился рецидив, якобы, туберкулёза. Петров в 1942 г., якобы, при крушении сбитого самолёта. Мистика?.
Вот красноречивый пример (http://www.x-libri.ru/elib/chern013/00000018.htm) такой "мистики", истории связанной с конвертами, которые Петров, как хобби, рассылал по

выдуманным им адресам в разные страны: "... Петров решил потревожить почтовое ведомство Новой Зеландии. Он придумал город под названием .... В самом письме он написал по-английски: "Дорогая Мерилл! Прими искренние соболезнования в связи с кончиной дяди Пита. Крепись, старина..." ... положил в конверт, на котором написал обратный адрес, на Главпочтамте оформил письмо как заказное и срочное. Прошло более двух месяцев, но письмо ... не возвращалось. Решив, что оно затерялось... начал забывать о нем.

Но наступил август, и он дождался... решил, что кто-то над ним подшутил ....Но когда он прочитал обратный адрес, ему стало не до шуток. На конверте было написано: "Новая Зеландия,...". И все это подтверждалось синим штемпелем "Новая Зеландия, почта Хайдредвилл". Текст письма гласил: "Дорогой Евгений! Спасибо за соболезнования...". Петров никогда не ездил в Новую Зеландию, и поэтому он был тем более поражен, увидев на фотографии крепкого сложения мужчину, который обнимал самого Петрова... На обратной стороне было написано: "9 октября 1938 года".... Чтобы разобраться с этим ...Петров написал еще одно письмо в Новую Зеландию, но на это ответа уже не дождался. 1 сентября началась Вторая мировая война, Е. Петров с первых дней войны стал военным корреспондентом "Правды" и "Информбюро". Коллеги его не узнавали - он стал замкнутым, задумчивым, а шутить вообще перестал. В 1942 году, самолет, на котором он летел в район боевых действия, пропал, скорее всего был сбит над вражеской территорией. В день получения известия об исчезновении самолета на его московский адрес поступило письмо от Мерилла Уэйзли. Вдове писателя его перевели. Уэйзли ... выражал беспокойство за жизнь самого Евгения. В частности, он писал: "Я испугался, когда ты стал купаться в озере. ... Но ты сказал, что тебе суждено разбиться в самолете, а не утонуть... "

"Шутники" и "мистики" в то время были очень компетентны, не ошибались, и шансов... не оставляли. М. Булгаков умер в 1939 г. в возрасте 48 лет (незадолго до этого, пытаясь безуспешно поставить свою пьесу про Сталина, которую "вождь" не принял... ). В. Катаев, охарактеризованный И. Буниным в «Окаянных днях» следующим образом: "Был В. Катаев (молодой писатель). Цинизм нынешних молодых людей прямо невероятен. Говорил: «За сто тысяч убью кого угодно. Я хочу хорошо есть, хочу иметь хорошую шляпу, отличные ботинки…» - дожил до 89 лет, стал Героем Социалистического труда и Лауреатом...

Для подтверждения версии по участию в написании... крайне нужны ещё и факты и тщательное исследование 1927 и 1930 г. г. в творчестве и жизни М. Булгакова, если это, только, возможно.
Tags: авторское право, литература
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments