harmful_grumpy (harmfulgrumpy) wrote,
harmful_grumpy
harmfulgrumpy

Categories:

дело "Весна" и РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКАЯ ИМПЕРАТОРСКАЯ АРМИЯ

Оригинал взят у jlm_taurus в дело "Весна" и РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКАЯ ИМПЕРАТОРСКАЯ АРМИЯ
Случайно в ru_history пошел
по линку, а там, на форуме кпрф
без ссылки на источник, под названием "ДВОРЯНЕ В КРАСНОЙ АРМИИ", перепечатана статья
"РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКАЯ ИМПЕРАТОРСКАЯ АРМИЯ", авторы Владислава СЕЛИНА, Станислав ФАДЕЕВ
(Источник)

Далее статья широко цитируется в сети, без критики.

Действительно, в годы гражданской войны, Красной Армией руководили бывшие генералы и красные полковники,
а также в ней служила масса военспецов, от прапорщика и выше.

"главными фронтами войны - Южным, Восточным и Западным - командовали сплошь преторианцы: генерал-лейтенант Егорьев, генерал-лейтенант Надежный, генерал-лейтенант Парский, генерал-майоры Ольдерогге, Сытин, Свечин, полковники Каменев, Шорин, Егоров, Гиттис и Вацетис.

Стратегическое планирование в РВС и Всероглавштабе осуществляли полковники Петин и Шапошников, генерал-майоры Лебедев и Раттэль, а верховодил ими брат ленинского секретаря генерал-лейтенант Бонч-Бруевич, лично ответственный за мобилизацию надежных ветеранов.

Красный флот с нуля создавали контр-адмиралы Альтфатер, Немитц и Зеленой; даже старик Брусилов, единственный успешный военачальник Первой мировой, выпускник Пажеского корпуса и участник аж последней Русско-турецкой войны, с 1920-го председательствовал в Особом совещании при главкоме Вооруженных сил, а после служил кавалерийским инспектором Красной Армии.

"Крышевал" же старую гвардию не кто иной, как наркомвоенмор Троцкий, нещадно критиковавшийся 8-м съездом РКП за "принижение роли армейских комиссаров" (комиссарство, как известно, и было создано для догляда за военспецами; претензии съезда прямо указывали на то, что ортодоксальный левак Троцкий во имя дела наступал на горло своей либертарианской песне и не давал горластой дилетантщине совать нос в дела профессионалов).

Это и был высший комсостав РККА, ее до сих пор не разгаданная военная тайна"


После приведения фактов и имен, авторы Селина и Фадеев делают выводы:

"Помните, как в своё время жестоко хаяли Сталина и, в частности, вменяли ему в вину то, что он, дескать, поубивал всех оставшихся в России царских офицеров и бывших дворян. Ну так вот, никто из наших героев репрессиям не подвергался, все умерли своей смертью (разумеется, кроме павших на фронтах Гражданской войны) в славе и почёте, а их младшие товарищи, такие как: полковник Б.М. Шапошников, штабс-капитаны А.М. Василевский и Ф.И. Толбухин, подпоручик Л.А. Говоров, стали Маршалами Советского Союза."

Посмотрим, так ли это.

Да, Маниковский А. А., Ольденбург С.Ф., А.А. Игнатьев, о которых говорится в последнем абзаце, не были репрессированы.

А вот Каменев Сергей Сергеевич (4.4.1881, Киев - 25.8.1936, Москва)С июля 1919 по апр. 1924 главнокомандующий вооруж. силами Республики. В соответствии с директивами ЦК РКП(б), В. И. Ленина под руководством К. осуществлялись операции по разгрому Деникина и Врангеля, отражению нападения буржуазно-помещичьей Польши. При его участии были ликвидированы последние очаги контрреволюции в Карелии, Бухаре и Фергане.
командарм 1-го ранга. После смерти был обвинен в участии в военно-фашистском заговоре и его имя предано "анафеме", (прах был без шума изъят из Кремлевской стены), а также в том, что еще в 1919 был одним из руководителей антисоветской организации.

Ольдерогге Владимир Александрович [24.7(5.8),1873,Люблин,-20.5.1931, Киев]
В Гражданскую войну был военным руководителем Новоржевского участка, начальником дивизии и начальником штаба Восточного фронта. С августа 1919 г. по январь 1920 г. командующий Восточным фронтом. В последующем О. находился для особых поручений при командующем Южным фронтом.

Как завершилась его карьера, сайт "Хроно.ру" умалчивает.

Арестован 07.12.1930 по делу "Весна". Признался в том, что являлся руководителем контрреволюционной офицерской организации на Украине. Приговорен к ВМН (20.05.1931). Расстрелян в Харькове.


Из книги Тинченко "ГОЛГОФА РУССКОГО ОФИЦЕРСТВА в СССР 1930-1931 годы":

"Куда делись после гражданской войны бывшие царские и белые офицеры, оставшиеся на службе Советской России? Почему среди полководцев Великой Отечественной войны почти нет этой категории кадровых военных? Считается, что офицеры, служившие в РККА, были уничтожены в период общего погрома в армии в 1937-1938 годах. Но это не так. Основная масса русского офицерства, оставшегося или вернувшегося в СССР, была истреблена задолго до "Трагедии РККА" 1937 года, названной так исследователем О. Ф. Сувенировым, а именно - в 1930-1932 годах.

Центральным и самым громким стало так называемое дело "Весна", по которому были арестованы тысячи бывших офицеров в Москве, Ленин граде и на Украине.

в числе угодивших в Киев томов, оказались дела на военного руководителя (военрука) Высшего Военного Совета Михаила Бонч-Бруевича, его бессменного помощника Сергея Лукирского, почти всех преподавателей Военной академии имени Фрунзе, многих москвичей и ленинградцев.

В число 3496 уголовных дел, хранящихся в соответствии с описью в архиве СБУ, входят лишь материалы на лиц, осужденных в УВО, частично - в Москве, и несколько десятков дел представителей "контрреволюционных организаций" других городов (Ленинград, Смоленск). К указанной цифре следует добавить почти 600 человек, арестованных в Ленинграде к 31 января 1931 года, как минимум 300 нигде не учтенных московских офицеров, упоминаемых в протоколах допросов, более 200 офицеров из УВО, не занесенных в общую опись, 17 осужденных в Воронеже. Неизвестно число осужденных в Сталинграде, Смоленске, Краснодаре, Новочеркасске, Минске. Учитывая то, что в Ленинграде, Москве и Киеве расстреляли и пересажали большое количество бывших офицеров, можно предположить, что погромы такого же уровня прокатились и по другим городам.

Основная масса лиц, проходивших по делу "Весна", была осуждена в мае-июне 1931 года. Но маховик судебной машины продолжал работать и в июле, и в августе, и даже в сентябре. К генералам и офицерам, служившим во время ареста в РККА, и военным, находившимся в запасе, отношение было разное. Первые тщательно проверялись и редко получали высшую меру наказания. Зато бывшие офицеры, как царские, так и белые, находившиеся на гражданке, расстреливались без всяких церемоний группами по 10-20 человек.

Всего же в результате массовых арестов бывшего офицерства в 1930-1931 годах было репрессировано не менее 10 тысяч человек. Основной удар ОГПУ был нанесен по кадровому офицерству, оставшемуся в СССР. Таким образом, после 1931 года военных, профессионально подготовленных еще в дореволюционной России, можно было сосчитать по пальцам."
Источник на сайте А.Раковского

Списки генералов и офицеров русской армии, осужденных в 1930-1931 годах

из книги Волкова о судьбах русского офицерства

старейший чекист Борис Иванович Гудзь, из интервью "Красной Звезде"

...Уровень кадров в провинции был на две головы, на два порядка ниже, чем в центре, а потому там-то и нашлись люди, которые стали физическим способом выколачивать показания у арестованных. Однако "Шахтинский процесс" получил высокую оценку руководства партии, стал неким эталоном борьбы с вредителями в народном хозяйстве. Сталин в своем докладе признал, что это - естественно, что так же, очевидно, должно быть и в таком-то ведомстве, и в таком-то, и в промышленности, и у военных... Началась напряженная работа по розыску вредителей, везде стали искать террористов.
В этом отношении особо отличилась Украина. После "Шахтинского процесса" там был произведен арест "организации" в составе более пятисот человек - в основном командиров Красной Армии и пограничных органов. "Создали" эту "организацию" под названием "Весна" полномочный представитель ОГПУ на Украине Балицкий и начальник Особого отдела Украины Леплевский...

А как отнеслись к "розыску вредителей" те настоящие чекисты-дзержинцы, с которыми вы работали, кого знали лично?
- Мой непосредственный начальник Ян Калистович Ольский, начальник Особого отдела и член Коллегии ОГПУ, затребовал это дело - по регламенту полагалось, чтобы мы наблюдали за всеми делами периферии. Были допрошены и некоторые арестованные... Подвергнув материалы тщательному анализу, Ольский и его помощники установили, что все это - "липа", очковтирательство. И Ян Калистович заподозрил, что поощряет это дело сам Ягода...

Будучи человеком принципиальным и смелым, Ольский доложил о своих выводах Ягоде, которому это очень не понравилось: "Вы не доверяете органам, товарищам на Украине?! Сейчас обострение классовой борьбы, это вполне естественно! У вас потеряно чувство классовой борьбы!"
Но Ольский не стал уступать. Его поддержали член коллегии Иван Александрович Воронцов, заместитель председателя ОГПУ Станислав Адамович Мессинг, начальник Иностранного отдела Меер Абрамович Трилиссер - и получилась целая группа оппозиционеров против Ягоды.

- Ягода быстренько дал об этом тенденциозную информацию в ЦК ВКП(б): мол, у нас тут развелись такие либеральные интеллигенты - да, они действительно были интеллигенты и, как настоящие интеллигенты-революционеры, действительно были либеральны - и вообще тут заговор, а этого терпеть нельзя, потому что сейчас "борьба в обострившихся условиях", "год великого перелома", "наступление на кулака", "ликвидация кулака как класса". Так что всякие "критические разговорчики" следует считать нездоровым явлением - особенно среди чекистов.
Центральный Комитет принял решение поддержать Ягоду, который в своих карьеристских целях подавал материалы "липовых" дел, подтверждающие политические взгляды и установки высшего партийного руководства, и изгнать из ОГПУ сотрудников, проявивших "классовую слепоту и либерализм", как непригодных для такого острого политического органа.
Воронцова назначили что-то вроде управляющего Мосглаврестораном. Ольского - его помощником по ресторанной работе. А ведь это был подпольщик-революционер, боевой командир, четыре ромба носил на петлицах - как командарм! Убрали и Мессинга, и других. Но некоторых, пониже, "повысили" на периферию..." (все они были позже уничтожены)

Сталин – Кагановичу
15 августа 1931 г.

Шифром
Москва. ЦК ВКП(б).

Поскребышеву для Кагановича.

В письмо ЦК обкомам и крайкомам о причинах изменений в руководящем составе ОГПУ вкралась ошибка, допущенная переписчиком. В пункте 4 письма сказано: «ОГПУ есть и остается обнаженным мечем рабочего класса, метко и умело разбившим врага». Вместо этого должно быть: «ОГПУ есть и остается обнаженным мечом рабочего класса, метко и умело разящим врага». Просьба исправить ошибку и сообщить исправление секретарям обкомов 1).

Сталин.

Нр 6/ш.

12 ч. – м.

15/VIII–31 г. 2)

Ф. 558. Оп. 11. Д. 76. Л. 9, 9 об.

Примечания:

1) 25 июля 1931 г. Сталин поставил на ПБ вопрос о ГПУ. Заместителями председателя ОГПУ были назначены: Акулов (первым), Ягода (вторым), Балицкий (третьим). Членами коллегии были назначены: Артузов, Агранов и Булатов. Мессинг был освобожден от работы в ОГПУ, а Ольский от обязанностей зав. Особым отделом ОГПУ (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 10. Л. 127). 5 августа 1931 г. ПБ вновь рассмотрело пакет вопросов ОГПУ: Прокофьев был назначен начальником Особого отдела ОГПУ, Бельский освобожден от работы в ОГПУ и назначен начальником управления Наркомснаба, Евдокимов назначен ПП ОГПУ в Средней Азии, Медведь оставлен ПП ОГПУ в Ленинграде и т. д. ПБ предложило ОГПУ представить в ПБ доклад о существующих при ОГПУ хозяйственных организациях (без лагерей) с указанием их финансового баланса. Комиссии в составе: Сталин, Каганович, Орджоникидзе, Андреев и Менжинский было поручено составить комментарий к решениям ЦК об изменениях в составе ОГПУ и перемещении некоторых членов коллегии ОГПУ на другую работу. Секретарям обкомов, крайкомов, национальных ЦК поручалось сообщить об этих изменениях узкому собранию актива работников ГПУ в областях, краях, республиках (Там же. Оп. 3. Д. 840. Л. 1, 2). 6 августа 1931 г. ПБ утвердило проект письма секретарям национальных ЦК, крайкомов и обкомов за подписью Сталина, в котором им предлагалось дать следующее разъяснение: Мессинг, Бельский, Евдокимов «вели внутри ОГПУ совершенно нетерпимую групповую борьбу против руководства ОГПУ [...] распространяли среди работников ОГПУ совершенно несоответствующие действительности разлагающие слухи о том, что дело о вредительстве в военном ведомстве является „дутым“ делом» и т. д. Далее в постановлении говорилось, что «ЦК отметает разговоры и шушуканья о «внутренней слабости» органов ОГПУ и «неправильности» линии их практической работы, как слухи, идущие без сомнения из враждебного лагеря». Заканчивалось письмо словами: «ЦК считает, что ОГПУ есть и остается обнаженным мечом рабочего класса, метко и умело разбившим врага, честно и умело выполняющим свой долг перед Советской властью» (Там же. Д. 841. Л. 5, 9).

Волков:
"Отношение к бывшим офицерам лучше всего прослеживается по публикациям в военной печати, обзор «Красной Звезды» за 50 лет дает об этом очень наглядное представление. Вообще, в публицистике, литературе и искусстве оно оставалось резко враждебным до 40-х годов, и в произведениях того времени офицеры изображались обычно в самых мрачных красках. Заметки к памятным датам русской военной истории почти не встречаются. Появляются они (посвященные Кутузову, Жуковскому, и другим видным деятелям) с 1937–1938 гг. и умножаются, естественно, в годы войны, особенно с 1943 г., когда с 21.10 по 3.11 появились четыре больших статьи под общим названием «Традиции русского офицерства» почти апологетического толка. (Эти публикации, собственно, были пиком доброжелательности к русским офицерам, позже такое не встречалось.) В 1943–1945 гг. появлялись не только заметки, но не менее 8 больших статей по случаю юбилеев военных деятелей. То же продолжалось до начала 50-х годов, но касалось только отдаленного прошлого (не позже русско-турецкой войны 1877–1878 гг.).

Однако обычному живому человеку быть офицерам русской армии с идеологической точки зрения считалось предосудительным еще долгие годы после прекращения массовых преследований бывших офицеров. В публикациях даже 50-х годов невозможно встретить упоминание, что тот или иной советский военачальник был офицерам до революции. При упоминании о службе бывших офицеров в Красной армии характеристика им давалась самая отрицательная (что относится и к мемуарам военных деятелей, т.к. большинство уцелевших к этому времени офицерами не было; Буденный, в частности, весьма плохо отзывался о Тухачевском, Лебедеве, Шорине, Миронове и других сослуживцах из бывших офицеров). Поскольку дело касалось идеологии, тенденция носила обязательный характер, и даже те авторы, которые впоследствии писали о 75%-й доле бывших офицеров в красном комсоставе, тогда говорили лишь об «одиночках», «присоединившихся к рабочему классу». С самого конца 50-х упоминать об офицерах в Красной армии стало можно, но обычно муссировался десяток наиболее известных имен; наиболее «полный» список включал 84 фамилии{1318}. С 60-х годов охотно писалось об участии бывших офицеров в революции и службе их в Красной армии, что было связано с общей тенденцией тех времен представить дело так, что интеллигенция с одобрением приняла революцию и преданно служила советской власти. Кроме того, эта тенденция получила мощную подпитку в связи с реабилитацией уничтоженных в 30-х советских военачальников, которым теперь практически всем в связи с юбилеями посвящались большие статьи. В общей сложности в эти годы в «Красной Звезде» имело место более 40 видных публикаций, так или иначе касающихся лиц, носивших до революции офицерские погоны. В 70-х годах благожелательные отзывы о русских офицерах стали обычными, но допускались только в трех аспектах. Во-первых, в связи с научной и культурной деятельностью конкретных лиц не возбранялось упоминать о наличии у них до революции офицерских чинов. Во-вторых, в связи со службой в Красной армии. В-третьих, как и раньше, допускались благожелательное отношение к офицерам более отдаленных периодов истории. Столетний юбилей освобождения Болгарии, а равно и 500 лет Куликовской битвы послужили дополнительным фоном к оживившемуся в это время интересу к некоторым внешним чертам русской армии (помимо порожденных юбилеями череды статей, заметок и художественных произведений, в эти годы на парадной форме появились аксельбанты, было введено звание «прапорщик» — хотя и для обозначения совершенно другого явления, но, как подчеркивалось, взятое «из традиций русской армии», на военных концертах стали звучать старые солдатские песни, а также песня об «офицерских династиях», и т.п.). Что касается белых офицеров, то долгие годы единственным широко известным произведением, содержавшим их положительные образы, были булгаковские «Дни Турбиных». В 70-е годы, помимо издания булгаковской же «Белой гвардии», появились два телесериала, один из которых («Адъютант Его превосходительства») был совершенно необычен по число положительных образов белых офицеров при минимальном числе отрицательных, а в другом (новая версия «Хождений по мукам») вполне симпатично показаны белые вожди и картины «Ледяного похода», что, помимо воли авторов, работало на изменение привычного стереотипа."



Сколько офицеров было в Красной Армии
Tags: армия, гражданская, советская мифология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments