harmful_grumpy (harmfulgrumpy) wrote,
harmful_grumpy
harmfulgrumpy

Category:

Криптоисторики, альтернативщики и фантазеры, ч. 1

«История не знает сослагательного наклонения...» Эту пошлую фразу повторяет поколение за поколением, хотя сами историки к ней относятся примерно так же, как экономисты к сентенции Брежнева: «Экономика должна быть экономной». Но если Брежнев просто изрек, что масло — масляное, то фраза про сослагательное наклонение — откровенная глупость. История не просто «знает» сослагательное наклонение, она им непрестанно оперирует.
У нас есть какое-то — немалое — количество фактов. В раскопках нашли то-то и то-то, хронист описал событие... А историки пытаются на этом основании сделать вывод о том, что же много лет назад могло произойти. «Если бы было так-то, то хронист имярек написал бы то-то и то-то» — ходовое рассуждение историка, ведь чем дальше от наших дней, тем больше пробелов в документах. И заполнять их приходится именно сравнением логичности версий...
Более того, изучение истории — назло поборникам «объективных закономерностей» — то и дело подсовывает «роковые случайности», когда чья-нибудь оплошность, или внезапная смерть от болезни, или невиданная удача, или шальная пуля на поле сражения оказываются точкой поворота истории. А если бы этого не произошло — то выигранная битва оказалась бы проигранной, и совершенно невозможно себе представить, что история от этой «мелочи» не изменилась бы.
Согласитесь, интересно понять, что было бы, если бы какое-то из всем известных событий не состоялось или произошло иначе. Об этом тоже всерьез рассуждают историки — от Тита Ливия до Арнольда Тойнби. Ну а простые смертные об этом пишут романы, рассказы, снимают кино... и, конечно, делают игры.
В этой статье мы поговорим:


  • о том, чем альтернативная история отличается от криптоистории;

  • о приемах альтернативной истории;

  • о теориях конспирологов и «новых хронологиях»;

  • о проблеме бабочки Брэдбери;

  • об историческом фэнтези;

  • о самых популярных развилках в мировой истории;

  • и, конечно, о книгах и играх на альтернативно-историческую тему

Тайное против явного


Направление, которое занимается «несбывшимся прошлым», делится на две большие ветви: собственно альтернативную историю и криптоисторию.

Альтернативная история — это когда что-то произошло иначе, чем пишут в учебниках, и это изменило весь последующий ход истории.

Криптоистория — это когда что-то произошло иначе, чем пишут в учебниках, но ход истории остался неизменным.

Можно сказать и по-другому: альтернативная история — это то, чего точно не было, а криптоистория — то, что в принципе могло быть, хотя мы привыкли считать иначе.

Давайте разберемся на примере.

Историческая развилка: император всея Руси Александр I в 1825 году не скончался, а прожил после этого еще лет сорок...


  • Альтернативная история: ...он продолжал править Россией, после смерти супруги женился вновь, у него родился наследник, впоследствии в 35-летнем возрасте ставший императором Петром IV...


  • Криптоистория: ...он инсценировал свою смерть и все оставшиеся годы скитался по России под именем старца Федора Кузьмича. Между тем произошло восстание декабристов, трон достался Николаю I — словом, все остальное было именно так, как мы привыкли думать.


Хотя обе ветви исходят из одного и того же «не так все было», законы у них совершенно разные. Альтернативная история свободна в своем полете: она может создавать неизвестные в нашей реальности государства, правителей, войны, революции, невиданные социальные системы... Криптоистория же связана ключевым требованием: чтобы развилка не была заметна с нашей с вами позиции. Чтобы историки все равно написали то же, что они написали, и — это важно! — не в результате заговора мировой закулисы, а естественным порядком. Криптоисторик может при помощи своих построений найти новое и неожиданное объяснение известным событиям, но не может изменить сами события.

Иногда альтернативная история обходится без каких-либо еще фантастических элементов: просто «случилось так», и все тут. Иногда тут применяют принцип «параллельных миров»: дескать, в одной «ветви реальности» при Ватерлоо победила Англия, а в другой — Франция. Но часто альтернатива связана с путешествиями во времени — и попытками восстановить «нарушенный ход истории» или, реже, наоборот — закрепить сделанное изменение.

Строго говоря, классические исторические романы — Вальтера Скотта, Александра Дюма, Рафаэлло Джованьоли и других — близки криптоистории. Они часто описывают реальные события, в которые встраивают своих героев так, что те оказываются как бы причиной того, что случилось на самом деле. Однако это не совсем наш случай, потому что классический исторический роман не ставит своей целью именно изменение истории и его разбор.

Есть и еще одна ветвь. Она так похожа на криптоисторию, что о ней придется поговорить особо... чтобы в дальнейшем она нам не мешала.

Игры мировой закулисы

Известна вторая фраза про историю, пошлостью не уступающая «сослагательному наклонению»: «историю пишут победители». Дескать, все равно мы «изучаем» только ту версию, которую нам подсунул победитель. А уж из этого можно сделать та-акие выводы!

Но только и это тоже неправда. Победители «пишут», то есть диктуют, не историю, а всего лишь популярную трактовку.

Например, династия Тюдоров сумела убедить «публику» в невероятной злобности горбатого Ричарда III, а династия Романовых — в преступлениях Бориса Годунова; публику, но не историков. Им-то известны и другие точки зрения, ничто не мешает взвешивать эти мнения, сравнивать факты в пользу каждой из них... и порой приходить к решению, которое очень удивило бы многих из нас. Популярное мнение исказить можно, историю — гораздо труднее.

Кстати, популярное мнение может сформировать вовсе не «победитель», а фактически кто угодно. Сейчас уж и не скажешь, какой конкретно нехороший человек обвинил Сальери в убийстве Моцарта. И не так уж очевидно, в чьих это было интересах. Однако на вопрос, что сделал Сальери, девять человек из десять уверенно скажут — убил Моцарта. Но историю в этом так и не убедили.

На практике историю подделать очень трудно: мешают посторонние, несогласованные источники. Кто-то оставил записи и хорошо их спрятал, кто-то успел эмигрировать и сохранил свои воспоминания в другой стране, постоянно приходится состыковывать свои фантазии с документами иностранных авторов... В общем, задача совершенно нереальная.

Поэтому для тех, кто желает «пересмотреть» всю историю чохом, изменить мировую хронологию — словом, потрясти основы, остается только один путь: объявить о существовании глобального мирового заговора, который был настолько всеобъемлющим, что умудрился подделать тысячи документов в десятках стран. На эту роль нередко приглашают католическую церковь — дескать, она придумала лишнюю тысячу лет истории и вписала ее в хроники по всей Европе (а также и в хроники арабов, индийцев, персов, китайцев... но об этом потрясатели основ предпочитают деликатно молчать).

Впрочем, и этого тоже не хватает. Небезызвестному Фоменко, чтобы получить свои удивительные доказательства корреляции сроков правления различных монархов, пришлось здорово помошенничать с исходными данными — каких-то правителей убрать, каких-то добавить, где-то переделать срок правления. При таких манипуляциях что угодно будет коррелировать с чем вздумается. Тем, кто поверил академику, просто было трудно представить себе такой примитивный обман — когда данные в «цитируемых» учебниках на самом деле грубо перевраны. Такие же кунштюки он проделал, чтобы получить «доказательства», связанные с астрономией; к сожалению поклонников новой хронологии, она не соответствует астрономическим данным, в отличие от традиционной, где никаких противоречий доселе не выявлено.

Для художественных произведений конспирология подходит плохо — главным образом потому, что чертовски неубедительна. Я могу себе представить, каким образом Наполеон выиграл битву при Ватерлоо, могу даже вообразить себе Наполеона, которому служит демон... но представить себе, как «закулиса» подделывает документы по всему миру и удаляет все подлинные, выше моих сил. Словом, конспирологию мы в этой статье рассматривать не будем.

Над погибшей бабочкой

Одна из главных проблем, стоящих перед альтернативщиками, — как быть с бабочкой? Той самой бабочкой Брэдбери. Попросту говоря: многое ли останется от привычной нам истории после того, как мы внесем в нее изменение? Не станет ли она совершенно неузнаваемой?

Если развилка недалеко от нас, то, наверное, все-таки не станет. А вот если в средневековье? А то и до рождества Христова?

Логично предположить, что тогда измениться может все — и карта мира, и менталитеты, а уж из реально живших лет через пятьсот людей не будет никого. Будут другие страны с другими людьми...

Логично-то логично, но предполагать это очень не хочется, потому что зачем нам совершенно чужой мир? Фирменный прием альтернативщика: показать всем известных людей — скажем, Наполеона, Петра I, кардинала Ришелье или Спартака — в новых обстоятельствах. Показать известные события, которые все еще узнаются, но немного изменились. Это напоминает старый принцип авторов ужастика: ярче и страшнее всех тот монстр, который очень похож на человека, только чуть-чуть искаженного. А в «чересчур альтернативном» мире нет ни этих людей, ни этих событий...

Поэтому многие альтернативщики предпочитают своеобразный фатализм: история совсем другая, но люди те же, даже порой чересчур те же. Это, быть может, нереалистично, но с художественной точки зрения... И сильнее всего привержены этой идее представители еще одного направления: исторического фэнтези.

Историческое фэнтези — это попытка добавить в наше прошлое магию. Делается обычно одним из двух способов, которые очень напоминают две основные ветви:


  • Альтернативноисторический: все было как мы привыкли думать, пока кто-то не открыл способ творить действенную магию или не появились какие-нибудь чудища (из портала, преисподней...). И тут-то все преобразилось.


  • Криптоисторический: магия была активна в древности — в сказках про эльфов, троллей, джиннов, кентавров и так далее все правда, — а потом стала угасать, пока совсем не исчезла.


Но даже те альтернативщики, что избегают элементов фэнтези, все же обычно стараются сохранить от нашего мира побольше. Есть, конечно, и более смелые фантазии, но их меньшинство. Часто пишут, будто это потому, что авторы следуют идеям «исторической неизбежности», но, как мне кажется, все гораздо проще: так не правильнее, а красивее. Ведь большинство мастеров альтернативной истории — не исследователи, а писатели.

Хроника неправильного вчера

А теперь попробуем написать — конечно, очень сокращенную — хронику альтернативной истории с самыми любимыми развилками всех времен. А заодно упомянем некоторых писателей, которые с этими развилками работали, и связанные с ними игры.

В основном речь пойдет, конечно, об альтернативной истории, но несколько ярких образчиков других развилок тоже упомянем. Поэтому в дальнейшем будем отмечать развилки разных типов так:

 — альтернативная история.

 — криптоистория.

 — историческое фэнтези.

Иная античность

До Древней Греции время наше было статичным. Ни один альтернативщик, насколько мне известно, не докопался до шумеров, египтян и вавилонян. А причина тому очень проста: подавляющее большинство современных людей о них практически ничего не знают, а потому не сумеют отличить «альтернативу» от настоящей истории.

Даже о Египте, который вроде бы на слуху — и тысячи людей со всего мира каждый день посещают пирамиды и археологический музей Каира, — мы обычно помним совсем мало. Сколько фараонов можем назвать на память? Обычно вспоминается самый ничтожный из них — Тутанхамон, прославленный единственно тем, что его гробницу забыли разграбить, Хеопс благодаря пирамиде, да изредка еще Рамсес. Клеопатру и Нефертити не предлагать, они не фараоны. И даже об этих троих помнят в основном имена. Так что какой интерес рассказывать, что случилось бы, если бы Тутмос III проиграл битву при Мегиддо, коль скоро большинство из нас и не подозревает, что такая битва имела место?

Примерно XII-XIII век до н.э. Победа троянцев над греками

Все мы знаем, как закончилась Троянская война: греки победили, но мало кто из победителей смог вернуться к мирной жизни. Аякс лишился рассудка и покончил с собой, Агамемнона убили сразу по возвращении, Диомеда изгнали, Одиссей скитался много лет... Помилуйте, похоже ли это на победителей? Или... скорее на проигравших?

Эта идея пришла в голову почти две тысячи лет назад философу Диону Златоусту; он странствовал по тем местам, где была когда-то Троя, и произносил речи об обманщике-Гомере и о том, как все было «на самом деле». Вот, к примеру, к троянцам то и дело подходят союзники, к грекам же — нет; видано ли, чтобы союзниками прирастали те армии, чьи дела идут плохо? А выдумка о том, что в доспехах Ахилла сражен был не Ахилл, а Патрокл, — может ли такое быть? И главное — разве победителей встречают так, как Агамемнона или Диомеда?

Ну а то, что мы знаем об исходе войны нечто совсем другое, рассуждал Дион, — вполне естественно. Когда разбитый Ксеркс возвращался из Греции, он тоже рассказывал подданным о победоносном походе...

Едва ли Дион говорил это всерьез; по-видимому, перед нами — типичный пример криптоистории. Если бы троянцы в самом деле победили греков, об этом могли написать именно так, как написали в действительности. Правда, не совсем понятно — что же тогда привело в упадок Трою?

480-й год до н.э. Ксеркс завоевывает Грецию

В битве при Саламине, удачно воспользовавшись численным превосходством, персидский флот громит греков; после этого персы становятся хозяевами Эгейского моря, и у греков не остается времени собрать союз. Ксеркс покоряет всю Грецию, как до того покорил греческие города Малой Азии; а впоследствии его наследники берутся и за Италию, еще слабую и раздробленную.

Последствия обширны: «европейская» цивилизация создается на основе культуры Персии, в которую вливается и греческая. Вплоть до X века н.э. (дальше обычно не заглядывали) большинство европейцев, кроме диких язычников Севера, исповедуют веру пророка Заратустры. Исчезает понятие «республика», нет торговых городов Средиземноморья; впоследствии мусульмане-арабы вытесняют персов с их родных земель, но Европа и север Африки остаются персидскими. Такую картинку рисует нам несколько авторов, которые расходятся в деталях, но совпадают в главном.

323-й год до н.э. Александр Македонский не умирает от лихорадки

Ранняя смерть Александра — как явный пример «роковой случайности» — издревле вдохновляла на поиск альтернативы.

Если Дион Златоуст — первый известный нам криптоисторик, то первый настоящий альтернативщик — Тит Ливий, написавший труд о том, что было бы, если б Александр прожил дольше — и вслед за Персией и Индией попытался завоевать Италию.

Тит Ливий был большим патриотом, как и подобает римлянину; он был уверен, что никаких шансов у Александра не было. Несокрушимый дух римского солдата и доблесть полководцев, по его мнению, ни в какое сравнение не идут ни с персами, ни даже с македонянами.

А вот Арнольд Тойнби был лучшего мнения о перспективах Македонской империи при Александре-долгожителе. У него Александр возобновляет уже прорытый некогда Суэцкий канал, через который финикийцы с его благословения заселяют побережья Востока и получают крупные льготы в торговле. Они становятся доминирующим народом восточной части империи, как эллины — западной.

А там дойдет дело и до Рима; но не сразу, прежде он приберет к рукам Сицилию, Карфаген, Испанию. Несокрушимый дух не слишком поможет римлянам, потому что в Италии идет война всех со всеми — и Александр оказывается... миротворцем. А мир, как прекрасно знали римляне, — это то, что приносят покоренным народам...

(Есть у Тойнби и другая альтернатива — о том, как не погиб от покушения отец Александра Филипп. В этом случае Македония будет завоевывать Рим вместо Персии — и тоже успешно.)

Впрочем, Рим не впадет в ничтожество: римляне станут наместниками Александра в Италии, как финикийцы — в Аравии. С римскими солдатами в составе армии можно и Индию покорить по-настоящему, а не так, как в прошлый поход. А там и Китай...

Полученная таким образом империя от океана до океана оказалась на удивление стабильной и просуществовала многие века. Правда, строй в ней изменился: один из потомков царя отказался от деспотии в пользу просвещенной монархии с элементами народовластия. Почему? А кто ж его знает!

Напоследок процитирую самого Тойнби:

Он [Александр] стал быстро стареть, и, когда в 287 году шестидесяти девяти лет от роду он умер в состоянии полного маразма, многие говорили, что для славы Александра полезнее было бы ему умереть в расцвете сил — тогда, в Вавилоне.

Нам — гражданам державы, основанной Александром Великим, — это мнение представляется нелепым. Ведь в таком случае не было бы нашего нынешнего прекрасного мира, которым правит сейчас Александр XXXVI! Нет, нам очень повезло — и тогда, в Вавилоне в 323 году, и после, когда триумвират министров Александра взял в свои руки всю фактическую работу по управлению империей.

Около 200 года до н.э. Рим захвачен Карфагеном

Еще одна популярнейшая тема, хотя разрабатывали ее не такие маститые авторы, как «Александриаду». И не случайно: если смерть Александра от лихорадки в самом деле проходит по разряду роковой случайности, то победа Карфагена в войне выглядит не очень реалистичной.

Чаще всего Рим захватывает Ганнибал, реже это происходит уже в Третьей Пунической; так, например, Пол Андерсон в одном из рассказов цикла «Патруль времени» делает причиной развилки гибель полководца Сципиона. Очень сомнительная идея...

Что любопытно, карфагенская цивилизация не становится доминирующей ни в одном из вариантов. Она так и остается замкнутой в Средиземноморье. В некоторых реальностях былое величие вернули греки, в других же и они, и карфагеняне пали под натиском варваров. Так, например, у Андерсона мир становится кельтским...

72-й год до н.э. Убийство Сертория не удалось

А вот эта альтернатива — очень интересная и довольно правдоподобная. В 72-м до н.э. был убит предателями мятежник Серторий, воевавший в Испании против Рима. А если бы убийство не удалось?

Казалось бы — а что такого? Ведь и так войска Метелла и Помпея побеждали, пусть и медленно. Но не все так просто! Дело в том, что в Италии в это время — восстание Спартака; он победоносно доходит до Альп... после чего разворачивается и идет обратно, в сторону Рима. Зачем, почему? Историки гадают до сих пор. А разработчики альтернативы находят логичное объяснение: Спартак был в союзе с Серторием и хотел воевать против Рима совместно, может, даже был его давним товарищем по оружию (Серторий стал мятежником, потому что был на стороне Гая Мария; многие другие марианцы были схвачены врагом Мария Суллой и... почему бы не проданы в гладиаторы?). А после гибели Сертория реалистичных планов победы у Спартака не осталось.

Могли ли они победить вместе? Не исключено, особенно если в случае крупных военных успехов Сертория объявили бы, что Спартак — не презренный раб, а незаконно проданный в гладиаторы римский гражданин. Тогда у них могло бы найтись немало союзников в самом Городе.

Правда, после этого победителям пришлось бы разбираться еще со многими бедами: с нехваткой хлеба из-за активности пиратов, с кознями Митридата... Андрей Валентинов, например, полагает, что Спартак в этом случае уничтожил бы Рим. Другие авторы видят перспективу военной диктатуры, которая в конечном счете выносит наверх... все того же Цезаря, и все возвращается на круги своя.

V век. Рим справляется с нашествием варваров

Вероятно, это самая популярная «точка альтернативы» в античной истории: одна или несколько убедительных побед римского оружия — и...

Множество авторов самого разного толка предлагают Риму блестящее будущее; в самом скромном варианте он существует еще 800 лет, чаще — доживает до наших дней, открывает Америку, развивает технический прогресс — и все это при сохранении потрясающе эффективного государства, чиновничьего аппарата, правосудия...

Однако странно сие. Потому что уже к моменту падения Рима он был во многом варварским — а варвары сохранили немало имперских «правил игры». Теодорих вел себя как «нормальный» римский император; и все считали, что Рим продолжает существовать, просто сменился правитель. И только через полвека Юстиниан решил поискать повод для завоевания Италии — и заявил: дескать, Рим пал, его больше нет! А плебеи-то и не знают...

Иное средневековье

VI век. Артур становится королем Британии

Монументальный труд «История бриттов», написанный Гальфридом Монмутским, тот самый, откуда мир узнал о короле Артуре, — по сути своей тоже вроде криптоистории. Едва ли Гальфрид располагал серьезными сведениями на этот счет, зато ему нужно было сочинить почтенную родословную для правящего монарха. Причем так, чтобы известным сведениям об истории это не противоречило.

Вот и появились на свет король Артур, его славные рыцари, а заодно и немало других интересных личностей — король Лир, например. Гальфрид оказался не слишком убедителен в деталях, зато преуспел в главном: пусть не все поверили в воителей, которые в шестом веке носят латы и сражаются на турнире, зато существование самого короля Артура мало у кого вызывает сомнения.

622 год. Мухаммед принимает христианство

Полнее прочих эту тему разработал известный историк и фантаст Гарри Тертлдав; в его версии Мухаммед не становится основоположником ислама, а делается рьяным христианином, вносит серьезный вклад в развитие христианства, а после смерти канонизируется как святой Муамет.

Результат таков: арабы не стали завоевателями всего Ближнего Востока, тем самым дав шанс Византии. Та объединила вновь земли Западной и Восточной Римской империи и сделалась на долгие годы главной силой Европы, а православная доктрина возобладала над католической (которая сохранилась в основном в «варварской» северо-западной Европе). Главным врагом Византии осталась Персия — страна с такой же древней культурой, как и в Византии, и кое в чем похожая на свою соперницу.

В нашей же истории последователи Мухаммеда покорили Персию, отняли у Византии немалую часть ее владений... тут часто добавляют «и привели Византию в упадок», но это неправда: упадок у нее начался через много веков после того. Но вот претензии Византии на всеевропейскую гегемонию на этом закончились, зато появился Арабский халифат — одна из крупнейших держав в мировой истории.

732 год. Поражение Карла Мартелла при Пуатье

Стремительно захватив северную Африку от Египта до Атлантики, арабы вторглись в Европу; Пиренейский полуостров, будущая Испания, пал, и арабы хлынули через горы на территорию сегодняшней Франции. Казалось, что еще несколько месяцев или лет — и полумесяц взовьется над Парижем и Римом, как он взвился над Александрией и Толедо.

В нашей истории арабов остановил Карл Мартелл, дед Карла Великого. А если бы битва при Пуатье была проиграна? О, тогда Абд эль-Рахман ибн Абдаллах едва ли остановился бы прежде, чем кошмар христианской Европы стал реальностью. Столицей христианства, вероятно, стал бы Константинополь — до «упадка» Византии оставалось еще много веков, и она, скорее всего, выстояла бы. И даже после того, как арабов вытеснили бы обратно за Пиренеи (что, вероятно, случилось бы лет через сто или даже двести), былое значение к Риму не вернулось.

864 год. Англию завоевывают викинги

В реальности Англию захватывали датчане на полтора века позже; однако не было ничего невозможного и в более раннем походе. И есть мнение, что в этом случае вся Скандинавия и Англия могли бы составить единое языческое государство.

Гарри Гаррисон даже делает из этого вывод о чрезвычайной прогрессивности такого государства (например, он полагает, что для этой страны будет естественной веротерпимость и интерес к знаниям).

982 год. Эрик Рыжий открывает Америку

Вождь викингов Эрик Рыжий, исландец, снаряжает экспедицию на запад; в ходе этого плавания он открывает не только Гренландию (как в известной нам истории), но и восточный берег Америки — Лабрадор. Где основывает колонию.

Это первый из многочисленных сюжетов на тему того, как Америку открыли не в 1492 году, а когда-то еще. Однако его можно с полным правом относить к криптоисторическим, потому что мы, строго говоря, не можем сколько-нибудь уверенно говорить, что так быть не могло! Колония легко могла исчезнуть, погибнуть, затеряться — и, если вдруг не повезет каким-нибудь археологам, мы так и не нашли бы подтверждения ее существованию. Прямых доказательств того, что Эрик плавал дальше Гренландии, нет... но легенды на эту тему нельзя безоговорочно отклонить.

988 год. Обращение Руси в ислам

Дадим слово арабскому историку (или альтернативному историку?):

«Тогда захотели они стать мусульманами, чтобы позволен был им набег, и священная война, и возвращение к тому, что было ранее. Тогда послали они послов к правителю Хорезма, четырех человек из приближенных их царя, потому что у них независимый царь и именуется их царь Владимир... И пришли послы их в Хорезм и сообщили послание их. И обрадовался Хорезмшах решению их обратиться в ислам и послал к ним обучить их законам ислама. И обратились они в ислам...»

По легенде, Владимир Красно Солнышко принимал посланцев от представителей разных вер — католиков, православных, мусульман, иудеев. Арабы подтверждают эту легенду (и даже идут несколько дальше, как вы только что видели). А если бы он и впрямь избрал ислам?

Скорее всего, вся Русь его бы все равно не приняла: жители Новгорода, Пскова и других городов неподалеку от Балтики перестали бы считаться одним народом с Киевской Русью. Зато новая могущественная исламская держава имела все шансы распространиться на Среднюю Азию — на много веков раньше, чем это сделала Россия в реальности. А дальше? Я бы предположил, что Россия без больших потерь пережила бы нашествие монголов и стала бы, вероятно, главной грозой для Восточной Европы — вместо Турции. Но за эту славу и власть пришлось бы расплачиваться позже — как и Турции — упадком и экономическим, и политическим.

XII век. Приход Короля-Ворона

Человеческое дитя, воспитанное эльфами, приняв имя Короля-Ворона, захватывает север Англии — и вводит в обиход магию. Так начинается альтернативно-историческое фэнтези Сюзанны Кларк «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл».

1191 год. Великий Раскол

Если верить игре Lionheart, после взятия крестоносцами Акры Ричарду Львиное Сердце хитроумный советник предложил покарать сарацинов карой божьей — для этого надо было всего лишь собрать вместе несколько реликвий времен Творения.

Эта акция привела к разрыву ткани мироздания и приходу магии в мир. Часть людей, породнившись со сверхъестественными существами, стала получеловеками — «демонидами» и «сильванами». Ричард и Саладин помирились, чтобы отразить вторжение, но магия так или иначе осталась. Следующий крестовый поход был уже против драконов...

Действие игры происходит на много веков позже — и в ней можно познакомиться с чародеями Галилеем и Леонардо да Винчи, безумным Кортесом, которого разгромили ацтекские некроманты, Сервантесом, которого преследует призрак Дон Кихота...

Между прочим, мир между Саладином и Ричардом вовсе не казался современникам невероятным: они очень уважали друг друга, и ходили даже слухи, будто Саладин из уважения к противнику собирается принять христианство и жениться на благородной европейской даме. Едва ли это могло быть правдой; но общая угроза запросто могла бы заставить их объединить силы, и даже без помощи драконов.

1199 год. Ричард Львиное Сердце излечивается от арбалетной раны

Одному богу известно, почему именно времена Ричарда столько писателей считают самым подходящим случаем для появления в нашем мире магии. Однако Рэндал Гаррет предполагает, что, если бы Ричард не умер от раны, он успел бы воспитать достойного преемника — Артура, своего племянника, а уж затем мир непременно сделался бы волшебным.

Как там появилась магия — не слишком интересно (и не очень понятно); любопытно, что в этой ветви реальности удалось сохранить завоевания англичан во Франции, а затем — подчинить всю Францию; эта империя стала в результате единоличным владетелем обеих Америк, а главным ее противником оказалась... Польша, захватившая изрядный кусок русских княжеств, Прибалтику и Австрию.

Крайне сомнительно, что даже очень мудрый король сумел бы сохранить «Анжуйскую империю», объединяющую французов и англичан; но если бы это удалось, то, не исключено, их совместной силы хватило бы, чтобы лишить всякого влияния Испанию и другие западноевропейские народы. Что заставило возвыситься Польшу, не очень понятно; видимо, какой-то кусок этой альтернативы Гаррет от нас прячет.

1240 год. Союз Сартака и Александра Невского

Согласно многочисленным писаниям Хольма Ван Зайчика, именно в 1240 году хан Сартак и Александр Невский... нет, даже не договорились, а фактически объединили свои государства. Причем вскоре к ним присоединился и китайский император; все это привело к образованию мультинациональной державы под названием Ордусь. Как говорил Карлсон — «типичный случай плюшечной лихорадки».

Источник: http://www.lki.ru/text.php?id=5429

Tags: альтернативная история, безграмоция, фэнтези
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments