harmful_grumpy (harmfulgrumpy) wrote,
harmful_grumpy
harmfulgrumpy

Categories:

Сталинские любимые методы - проверочно - мордобойная работа. А Кондратьева пытать и расстрелять...

Придется, по-моему, обновить верхушку Госбанка и наркомфина за счет ОГПУ и РКИ после того, как эти последние органы проведут там проверочно-мордобойную работу.

Письмо В.М. Молотову 2 сентября 1930 года
Источник: Сталин И.В. Cочинения. – Т. 17. – Тверь: Научно-издательская компания “Северная корона”, 2004. С. 355–357.
2/IХ–30.
Вячеслав!
1) Насчет “отставки” Томского согласен: в химии он ничего нам не дает.

2) Разъяснение в печати “дела” Кондратьева целесообразно лишь в том случае, если мы намерены передать это “дело” в суд. Готовы ли мы к этому? Считаем ли нужным передать “дело” в суд? Пожалуй, трудно обойтись без суда.

Между прочим: не думают ли господа обвиняемые признать свои ошибки и порядочно оплевать себя политически, признав одновременно прочность Советской власти и правильность метода коллективизации? Было бы недурно.

3) Насчет привлечения к ответу коммунистов, помогавших громанам-кондратьевым, согласен, но как быть тогда с Рыковым (который бесспорно помогал им) и Калининым (которого явным образом впутал в это “дело” подлец-Теодорович)? Надо подумать об этом.

4) Очень хорошо, что взяли, наконец, в работу “вольных стрелков” из Госбанка и прогнившего насквозь наркомфина. Что делают в Госбанке Карклин, Кактынь и др.? Неужели во всем поддакивают Пятакову? Придется, по-моему, обновить верхушку Госбанка и наркомфина за счет ОГПУ и РКИ после того, как эти последние органы проведут там проверочно-мордобойную работу.

5) Считаю неправильным торжественное издание нового устава поселковых товариществ и афиширование его в печати. Получается впечатление противопоставления лозунга: “в поселковые товарищества”! лозунгу: “в колхозы”! Получилась иллюзия отступления от призыва: “за колхозы”! к призыву: “за поселковые товарищества”! Хотят этого в Москве, или нет, – все [c.355] равно, на деле получилась подмена жизненного и побеждающего лозунга: “за или против колхозов”, ублюдочным и надуманным лозунгом: “за или против поселковых товариществ”. И это теперь, когда мы имеем растущий прилив крестьян в колхозы! Я думаю, что эта попытка тянуть нас назад в момент растущего подъема колхозного движения может лишь внести в головы сумятицу и ослабить размах прилива в колхозы. Я уже послал тебе на этот счет телеграмму, может быть, не надо было посылать телеграмму, но ты не ругай меня за это: мне казалось, что чем раньше сообщу тебе свое мнение, тем лучше.

Не знаю, согласен ли ты со мной, но, если бы ты согласился со мной, можно было бы начать немедленно постепенный спуск на тормозах всей этой “поселковой” шумихи. Следовало бы, по-моему, во-первых, дать внутреннюю директиву обкомам и районам не увлекаться поселковыми товариществами, не подменять лозунг “в колхозы” лозунгом “в поселковые товарищества” и сосредоточить все свое внимание на организации прилива в колхозы, во-вторых, перевооружить “Правду” и всю нашу печать в духе лозунга: “в колхозы”, обязав их посвящать ежедневно и систематически по крайней мере страницу фактам о приливе в колхозы, фактам о преимуществах колхозов перед единоличным хозяйством, занося эти факты, корреспонденции, письма и т.п. не петитом где-то на задворках, а на видном месте. Словом, открыть соответствующую систематическую и настойчивую кампанию печати за колхозное движение, как главный и всерешающий теперь фактор сельхозстроительства.
Ну, пока все. Жму руку.
И. Сталин.
Письма И.В. Сталина В.М. Молотову. 1925–1936 гг. С. 211–213. РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 1. Д. 5388.
Источник: http://grachev62.narod.ru/stalin/t17/t17_218.htm

   * * *
Почти все упомянутые в письме были позже расстреляны или отправлены в ГУЛАГ, кроме, разумеется, верного раба Молотова и тряпки Калинина.
А кто же у нас этот ненавистный для Йоськи Гуталинщика Кондратьев ?

Сталинские чекисты поняли теорию Кондратьева глубже, чем он сам

Издание Republicaопубликовало главу из книги «Посткапитализм: путеводитель по нашему будущему» журналиста Пола Мейсона (осенью 2016 года вышла в издательстве Ad Marginem), посвященную воззрениям всемирно  известного советского экономиста Николая Кондратьева – автора теории так называемых длинных циклов.  Текст стоит прочитать и тем, кто в той или иной мере соприкасался с работами Кондратьева, а тем более не знакомым с ними: по сути он точно описал не только события прошедших эпох, но и картину мира, в котором мы живём сегодня.

Заключенный волочит ноги; он не может идти. Он частично ослеп, у него хроническая сердечная недостаточность и клиническая депрессия. «Я никак не могу заставить себя мыслить системно, – пишет он. – Вообще очень трудно мыслить научно, не работая активно с материалами и книгами и мучаясь от головной боли».

Николай Кондратьев провел восемь лет политическим заключенным в Суздале, к востоку от Москвы, читая лишь те книги и газеты, которые разрешала ему сталинская тайная полиция. Он дрожал от холода зимой и изнемогал от жары летом, но однажды его мучения закончились. 17 сентября 1938 года, в день, когда истекал срок действия его первоначального приговора, Кондратьева судили во второй раз и признали виновным в антисоветской деятельности – расстрельная команда казнила его прямо в камере.

Так погиб один из гигантов экономической мысли ХХ столетия. В свое время Кондратьев стоял в одном ряду с такими влиятельными мыслителями мирового масштаба, как Кейнс, Шумпетер, Хайек и Джини. Его «преступления» были сфабрикованы. Подпольной «Трудовой крестьянской партии», руководителем которой он якобы являлся, не существовало.

Настоящее преступление Кондратьева, по мнению его преследователей, заключалось в том, что он думал о капитализме то, что думать было нельзя. Думал, что вместо того, чтобы рухнуть под давлением кризиса, капитализм обычно приспосабливается и видоизменяется. В двух новаторских работах он на основе анализа данных доказал, что, помимо краткосрочных экономических циклов, существует более длительная модель продолжительностью 50 лет, крайние точки которой совпадают с крупнейшими структурными изменениями в капитализме и с крупнейшими конфликтами. Таким образом, эти моменты жестокого кризиса и выживания являются проявлениями не хаоса, а порядка. Кондратьев стал первым, кто доказал существование длинных волн в экономической истории.

Хотя позднее эта идея стала популярной под названием «теория волн», самая ценная догадка Кондратьева заключалась в том, что он понял, почему мировая экономика переживает внезапные изменения, почему капитализм переживает структурный кризис и как он меняется и мутирует в ответ. Он показал нам, почему деловые экосистемы, существовавшие в течение десятилетий, могут вдруг развалиться. Слову «волна» он предпочитал термин «длинный цикл», поскольку циклы в научном мышлении создают отдельный, очень полезный язык: мы говорим о фазах, состояниях и их внезапной смене.

Кондратьев изучал промышленный капитализм. Хотя другие утверждают, что обнаружили длинные волны в ценах, которые восходят к Средневековью, его ряды данных начинаются с промышленной революции в 1770-е годы.

Согласно теории Кондратьева, у каждого длинного цикла есть подъем, длящийся около двадцати пяти лет и стимулируемый внедрением новых технологий и высокими капиталовложениями, за которым следует спад, продолжающийся примерно столько же и обычно заканчивающийся депрессией. В «восходящей» фазе рецессии редки, а в «нисходящей» фазе они случаются часто. В восходящей фазе капитал устремляется в производительную сферу, а в нисходящей фазе застревает в финансовой системе.

Сам Кондратьев выказывал чрезвычайную осторожность в применении своей теории. Хотя он и предсказал депрессию 1930-х годов за десять лет до того, как она наступила, он никогда не утверждал, что может предсказывать события. Он опубликовал свои выводы вместе с резкой критикой его работы, подготовленной коллегами.

Однако сталинские чекисты в определенном смысле поняли кондратьевскую теорию глубже, чем он сам. Они поняли, что, если ее довести до логического заключения, она поставит марксизм лицом к лицу с опасным предположением о том, что «окончательного» кризиса капитализма не будет. Может быть хаос, паника и революция, но, если исходить из данных Кондратьева, капитализм проявляет тенденцию не к гибели, а скорее к трансформации. Большой объем капитала может быть уничтожен, экономические модели могут разваливаться, империи могут ликвидироваться в ходе мировых войн, но система выживет, пусть и в другой форме.

Для убежденных марксистов 1920-х годов кондратьевское объяснение того, что приводит к этим изменениям, было очень опасно. События, ведущие к переломным моментам, – войны, революции, обнаружение новых месторождений золота и новых колоний, – были, по его словам, простыми следствиями, вытекавшими из потребностей самой экономики. Даже если человечество попытается влиять на ход экономической истории, в долгосрочном плане оно окажется относительно бессильным...
Полностью на https://www.e-vid.ru/index-m-192-p-63-article-40701.htm


  * * *

...Кондратьева на рубеже 1920-х годов дважды арестовывают. Согласно протоколу состоявшегося в августе 1922 г. заседания Комиссии Политбюро ЦК РКП(б) (АП РФ. ф. 3. оп. 58. д. 175. л. 75-75 об. Автограф. Электронная версия) его собирались выслать заграницу, как его друга Сорокина (до того — сразу после победы большевиков — сидевшего, как и Кондратьев, в тюрьме и приговоренного к расстрелу, а потом помилованного).

Они входили в число деятелей интеллигенции, подлежавших высылке из России, вместе с Бердяевым, Булгаковым и другими крупнейшими мыслителями. Кондратьев был в списке приговоренных к высылке, но в его случае она была задержана сперва из-за того, что он был под следствием по делу эсеров, затем его оставляют для работы в Наркомфине. Кондратьеву вскоре предстояла встреча с другом в Америке, куда он смог поехать с женой в 1924 г. Это была официальная командировка. В архиве акад. Е.Н. Кондратьевой (покойной дочери ученого, которой удалось блестящей судьбой микробиолога отчасти возместить недоставшееся отцу) сохранялась фотография, где оба старых друга в очень независимых позах смотрят в объектив (Кондратьев курит трубку), между ними стоят их жены.

Тогда Сорокин предложил Кондратьеву остаться в Америке: предполагалось, что он там возглавит университетскую кафедру. Кондратьев отказывается: он увлечен открывшимися перед ним незадолго до того возможностями научной и хозяйственно-организационной работы в России. До его увольнения из задуманного, основанного и возглавлявшегося им Конъюнктурного Института оставалось 4 года, до его ареста и последнего заключения, отнявшего больше шестой части всей недолгой жизни — 6 лет. Конечно, прими тогда Кондратьев и его жена предложение Сорокина, они бы избежали немыслимых мучений (его пытали по личным указаниям Сталина, как видно из напечатанной сейчас переписки Сталина с Аграновым), а сам Кондратьев —и расстрела (жена, остававшаяся на свободе и пронесшая сквозь все годы террора полученные ей из тюрьмы рукописи и письма, пережила его почти на полвека, но так и не дождалась его полной реабилитации, которая пришла только в июле 1987 г. в начале горбачевских реформ — а при Хрущеве в 1963 г. Прокуратура СССР в ответе на письмо вдовы Генеральному Прокурору Руденко настаивала на доказанности виновности Кондратьева).

Я не сомневаюсь в том, что в Америке Кондратьев бы закончил построение своей общей системы, из которой мы знаем только фрагменты — основная часть писавшейся в тюрьме большой книги до нас не дошла. Кто бы много потерял, останься тогда Кондратьев в Америке, так это Россия. И не только в том общем смысле, в котором мы правильно говорим о том, что страна утрачивает с эмиграцией великого ученого.

Если бы не было Кондратьева и доставленного им плана развития русского сельского хозяйства, осуществленного в 1924-1928 гг. (1-й перспективный план развития сельского хозяйства РСФСР на 1923/24-1927/28 — «пятилетка Кондратьева»), российская деревня не знала бы той пусть короткой передышки, без которой совсем непереносим был бы Ужас коллективизации и разорения в военные годы. Об успехах Кондратьева на этом пути до сих пор умалчивают учебники. Заслуга Кондратьева, настоявшего на этом плане воссоздания крестьянства, которое обнищало за время гражданской войны, еще должна быть оценена по достоинству. Увидев одним из первых и описав уже в статьях 1918г., как большевики ведут Россию к голоду, Кондратьев сделал все, чтобы заставить с этой дороги свернуть. И на несколько лет сумел этого добиться.

Кондратьев был редким примером большого ученого, который сочетал обдумывание самых общих вопросов своей науки с решением повседневных злободневных задач (из его великих современников-экономистов в том отношении его можно было бы сравнить с Кейнсом). Кондратьев соединял повседневную работу в Конъюнктурном Институте по индексации цен и обозрение текущего состояния мировой экономики с глубоким исследованием самых основ экономического развития современного мира.

Конфликт со Сталиным, приведший к гибели Кондратьева, был неизбежен при принципиальном различии подходов ученого и будущего диктатора к судьбе крестьянства, которое Сталин обрек на голодную смерть. В 1930 г. (6 августа), когда Сталин уже добился единоличной неограниченной власти, он пишет Молотову: «Вячеслав! Я думаю, что следствие по делу Кондратьева, Громана, Садырина нужно вести со всей основательностью, не торопясь. Это дело очень важное... Кондратьева, Громана и пару-другую мерзавцев нужно обязательно расстрелять». Как видно из продолжения переписки, Сталин побоялся сразу осуществить свой план. Он дожидался еще 8 лет, пока Кондратьева, терявшего зрение, слух и работоспособность, пытали (по распоряжениям Сталина) на следствии и мучили в тюрьме. В 1938 г. по представлению Ежова Кондратьева (после нового суда) включают в расстрельный список, подписанный Сталиным и Молотовым. Все, кто пытается сейчас найти какие-то оправдания деспоту, обязаны помнить и об этом его тяжелом преступлении перед Россией, русским крестьянством, русской и мировой наукой.

Тяготы следствия, допросов, пыток, последующего содержания в политизоляторе не могли остановить работу мысли Кондратьева. За первые полтора года заключения он написал большую книгу общего характера об экономической динамике, фрагмент которой Кондратьев сумел передать жене при их тюремном свидании (она его сохранила и он напечатан—чудесное и удивительное событие). Дальше он задумывает и пишет следующую книгу и составляет план 5 книг, излагающих его концепцию в целом. Много и восторженно занимается математикой, штудирует труд акад. А.А. Маркова-старшего, создателя теории марковских цепей. Делает открытие — строит систему дифференциальных уравнений, позволяющих связать воедино вычисление 10-ти основных параметров экономической системы, ее он описывает в 1934 г. в письме жене, которое тоже напечатано...
Источник: http://ec-dejavu.ru/k/Nikolai_Kondratiev.html

Tags: репрессии, сталин, ученые
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments