harmful_grumpy (harmfulgrumpy) wrote,
harmful_grumpy
harmfulgrumpy

Category:

МинОбороны СССР, а теперь и РФ: Корейская война? - Нет, не слышали. Хватит и праздничной открыточки

Нелётная пенсия. Военному летчику из Ахтубинска государство уже полвека отказывается доплачивать за войну, в которой Советского Союза как бы не было


Оригинал взят у sell_off в  Советские потери на Корейской войне и Нелётная пенсия

Советские потери на Корейской войне



Конфликт на Корейском полуострове стал первым серьезным противостоянием СССР и Запада в рамках «холодной войны». Крайне острожное поведение руководства страны позволило свести количество жертв среди советских военных до минимума.

Ранним утром 25 июня 1950 года 10 южнокорейских дивизий вторглись на территорию своего северного соседа. Контрудар Пхеньяна последовал незамедлительно. Так началась Корейская война. Американское правительство под предлогом борьбы с «коммунистической чумой» вынудило 53 государства принять резолюцию, оправдывающую военное вмешательство в корейский конфликт. 15 стран, включая США, Великобританию и Канаду, решили вступить в войну на стороне Южной Кореи, к Северной Корее присоединились СССР и Китай.

Особенностью Корейской войны было столкновение больших группировок на ограниченном пространстве, что повлекло за собой многочисленные жертвы. К примеру, более 80% потерь армии США пришлось на сухопутные силы. Отсутствие явного перевеса у какой-либо из противоборствующих сторон (примерно по 1 млн. военных в составе Северной и Южной коалиций) привело к невозможности разрешить конфликт военным путем. Применить тогда атомное оружие американцы так и не решились.

По самым скромным подсчетам, американские войска убитыми потеряли в Корее около 54 тысяч солдат и офицеров, свыше семи тысяч американцев оказались в плену, почти 400 человек пропали без вести, 22 человека предпочли не возвращаться на родину. Обе Кореи на этой страшной войне недосчитались около 9 миллионов своих граждан, 80% из которых оказались мирными жителями.

Вплоть до середины 70-х годов партийное руководство отрицало участие советских военных в корейском конфликте. В различных документах, наградных листах и похоронках речь шла об «особо важном задании партии и правительства». Возможно вследствие такой скрытности статистические данные о погибших долгое время разнились – в диапазоне от 200 до 1500 человек.


Советский Союз в Корейской войне был представлен преимущественно военно-воздушными силами. В конфликте принимало участие около 26 тысяч советских летчиков, все они входили в ударную группу трех авиадивизий 64-го истребительного авиационного корпуса.

Советские летчики совершили в корейское небо более 63 тысяч вылетов, принимая участие примерно в двух тысячах воздушных боев. Современные данные свидетельствуют, что за все время боевых действий наш авиационный корпус потерял 120 летчиков. Практические все они были похоронены на русском кладбище в китайском городе Далянь (в прошлом Дальний) – там, где покоятся жертвы Порт-Артура. Для сравнения, американские ВВС потеряли 1609 человек, из них 1097 были уничтожены советскими летчиками.

Общие боевые потери Советского Союза в Корейской войне – 466 человек, из них 299 погибших (146 офицеров) и 167 раненых (преимущественно из наземного персонала). При этом ни один из советских граждан так или иначе учувствовавших в конфликте не попал в плен. Потери китайских солдат в этой войне оказались несравнимо больше: 60 тысяч погибших, 383 тысячи раненых, 21 тысяча пленных, 4 тысячи пропавших без вести. Общее число погибших в коммунистическом блоке превысило 170 тысяч человек.

Историк и публицист Евгений Норин низкие потери советской стороны в боевых действиях объясняет в первую очередь осторожностью командования, а также тем, что советские летчики воевали преимущественно над территорией Северной Кореи.

Советский 64-й истребительный авиакорпус вступил в войну в ноябре 1950 года, на его вооружении находились новейшие на то время реактивные истребители МиГ-15. Эта модель по многим характеристикам превосходила участвовавшие в боях над Кореей американские машины F-80 и F-84. По мнению специалистов, даже поступившие на вооружение F-86 («Сейбр») с трудом могли соперничать с советскими истребителями.

МиГ-15 был лучше «Сейбров» по многим параметрам: высота полета, разгон, скороподъемность, маневренность, а также вооружение – 3 пушки против 6 пулеметов. Впрочем, буквальное техническое сравнение советской и американской машин некорректно, так как они были призваны решать разные боевые задачи. Цели МиГов – тяжелые бомбардировщики В-29, а F-86 охотились непосредственно за самими МиГами.

Согласно советским данным МиГи над небом Кореи сбили 69 самолетов B-29, американцы считают, что было уничтожено всего 16 «Боингов». Что касается МиГов, то по информации советской стороны было сбито 335 таких машин, американцы заявляют от 792 истребителях.

Согласно данным военного писателя Михаила Барятинского расклад по потерям бронетехники такой: в боях было подбито 97 танков Т-34-85, которым удалось уничтожить только 34 американские бронемашины. Всего в Корее за 1950-53 годы было выведено из строя 239 Т-34-85 и СУ-76. Такие потери во многом объясняются тем, что средний советский танк Т-34-85 являлся уже устаревшей моделью, заметно уступая по своим боевым характеристикам новейшим танкам армии США.

Имея примерно одинаковое бронирование, американский «Шерман» все же превосходил советский танк в точности и скорострельности орудия. Нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что советской бронетехникой управляли корейцы, тогда как в «Шерманах» находились американские или британские экипажи.

Несмотря на минимальные людские потери СССР в Корейской войне, считается что итоги для нашей страны были менее успешными, чем для США. Ведь главной цели – создания объединенной коммунистической Кореи – достигнуть так и не удалось. Кроме того, если США по итогам войны в лице Японии и Германии приобрели новых союзников, то СССР наоборот на долгое время испортил отношения с Китаем. Среди плюсов этого конфликта – демонстрация всему миру эффективности советской истребительной авиации и бесценный боевой опыт для военных.  с
https://aleks070565.livejournal.com/5344612.html?utm_source=embed_post
Нелётная пенсия

Военному летчику государство уже полвека отказывается доплачивать за войну, в которой Советского Союза как бы не было.

Подполковник Михаил Павлович Тепляков, военный летчик, участник Великой Отечественной, Японской и Корейской войн, человек, который первым встретил Юрия Гагарина на месте посадки в 1961 году, уже 41 год, почти половину из прожитых им 92 лет, не получает положенной пенсии. За это время ему не выплатили более 8 миллионов рублей.

Михаил Павлович Тепля­ков — ​штурман эскадрильи 1-го класса, с выслугой более сорока четырех с половиной лет. Он живет в городе Ахтубинске в Астраханской области. Тепляков — ​инвалид первой группы по зрению. Он полностью слепой и нуждается в постоянном уходе. Ухаживают жена-пенсионерка (83 года, большую часть жизни страдает от астмы) и сын.

Юрий Тепляков и обратился в редакцию «Новой». Дело в том, что с 1977 года его отец получает неправильно начисленную пенсию: без учета прохождения службы на летных должностях и надбавки за участие в Советско-японской войне в составе действующей армии.

Юрий (а он юрист, помогает родителям добиться перерасчета пенсии) обратился в редакцию «Новой». Сами пожилые супруги с 2000 года пишут заявления в военный комиссариат — ​и все безрезультатно. Юрий обошел все инстанции, много раз обращался в суд, военный комиссариат, прокуратуру, писал даже обращение к президенту…

Редакция «Новой газеты» отправила запрос в Министерство обороны. Мы изложили все факты и указали нормативные документы, по которым Михаилу Павловичу положена летная пенсия и надбавки как участнику Великой Отечественной войны. Ответ на официальный запрос от редакции исчерпывающе определяется его последней фразой: «Решать указанные в обращении вопросы в ином порядке … Министерство обороны Российской Федерации не правомочно».

Во время поездки в Ахтубинск я обратилась в гражданскую прокуратуру города с просьбой рассмотреть обращение Михаила Павловича, однако прокурор города В.А. Колчин отказался со мной разговаривать. Сослался на то, что вопросы пенсии ветеранов вне его компетенции и мне следует обратиться к военному прокурору. В 37-й военной прокуратуре Ахтубинского гарнизона меня выслушал заместитель прокурора Вадим Робертович Кертанов. Он согласился поехать домой к Михаилу Павловичу, чтобы пообщаться лично и ознакомиться с документами.

По дороге Юрий, сын Михаила Павловича, рассказывает нам историю жизни отца: «В 1943 году его семнадцатилетним взяли курсантом в Чкаловское летное училище. Он умел управлять трактором, в летное брали тогда всех, кто хоть как-то с машинами был знаком. Он отучился и в 45-м попал в состав действующей армии.

После Великой Отечественной была Японская война. Отец начинал служить на должности летчика-наблюдателя, а с летной работы в 1959 году уходил уже в должности штурмана-инструктора авиационной эскадрильи. Дома хранятся медаль «За Победу над Японией», медаль «За боевые заслуги», орден «Красной Звезды» и орден «Боевого Красного Знамени». А еще его наградили за выполнение боевого задания офицерским кортиком, с ним тоже история вышла. Наградные документы тогда не выдавали, а делали запись в личном деле офицера. Но первый экземпляр личного дела отца был уничтожен командованием части, и запись исчезла. Отец очень долго боялся, что если найдут офицерский кортик без документов — отберут. Прятал его в гараже.

Потом была Корейская война, где Советского Союза как бы не было, но у отца есть медаль «За боевые заслуги». Он мало рассказывал. Но в семейном архиве есть его письма и фотографии, на обратной стороне осталась дата, подпись, а город вымаран бритвой — письма вскрывали в особом отделе.

Пять лет отец там служил. Летный отряд стоял в Монголии. Однажды их подбили, он очнулся в 25 метрах от самолета, когда тот уже врезался в землю. Один выжил из всего экипажа.

В мирное время отец служил на дальних рубежах, начинал летать на турбовинтовых бомбардировщиках Тб‑3, Тб‑5, а закончил летную службу на стратегических реактивных бомбардировщиках Ту‑16. Нагрузки были огромные, там и подорвал здоровье. Всего у него в льготном исчислении 26 лет, 2 месяца и 12 дней летной службы. В 1959 году его перевели с летной должности на нелетную по состоянию здоровья.

После перевода с летной службы отец еще восемнадцать лет служил, был штурманом наведения штаба управления. Он первый, кто засек на радаре приземление Юрия Гагарина 12 апреля 1961 года. Он знал лично Юрия Алексеевича. И даже меня они с мамой назвали в честь Гагарина».

Дома Юрий показывает мне и зампрокурора огромные папки документов с нормативными актами, военными приказами, бесконечными протоколами судебных заседаний, где везде: отказ, отказ, отказ…

Вадим Кертанов слушает внимательно, задает вопросы, обещает помочь. Лилия Алексеевна тихо отводит меня на кухню и растроганно шепчет: «Спасибо, что смогли его привести. За все годы, что мы бьемся с этими военкоматами, судами, прокуратурами, это первый раз, когда нас хотя бы выслушали!»

Михаил Павлович рассказывает любимую историю своих детей и внуков, как он засек Гагарина: «У меня была в тот день задача оперативно засечь объект на радаре и рассчитать координаты приземления. Что это за объект, мне не сказали, все было секретно. Когда он появился на приборах, все очень взволновались, я понял, что-то очень важное. Координаты я рассчитал, но связи с объектом не было, и я туда срочно направил два вертолета, так как, по моим расчетам, приземление должно было произойти на воду. Потом оказалось, что Гагарин видел, что приземляется на воду, и выкинул лишний вес, и радиопередатчик тоже, чтобы сместить точку приземления. Как он сказал, когда его в штаб управления привезли: «Купаться в Волге не хотелось». Приземлился он на пашню, встретил там женщину, она ему помогла добраться до телефона в части, а там и вертолеты подоспели. Меня вызвали в кабинет к начальству, я захожу, а там в голубом комбинезоне стоит Гагарин, улыбается...»



Надпись на фото, сделанном в 1946 году в Корее, где как бы не было советских военных

У Михаила Павловича есть мечта. Он хочет ощутить, что справедливость все-таки существует. И сделать себе зубы. Но хорошие зубные протезы стоят дорого, а семья еле-еле сводит концы с концами.

Сын Михаила Павловича Юрий не оставляет попыток и продолжает подавать апелляции, обращаться в различные инстанции и собирать прецеденты решений по схожим делам судов по всей России, чтобы добиться перерасчета пенсии исходя из последней летной должности отца. В марте подали обращение Уполномоченному по правам человека в России Т.Н. Москальковой. Теперь ждут его рассмотрения.

«Новая газета» будет отслеживать рассмотрение иска военного прокурора в Кировском районном суде г.Астрахани. Сколько таких ветеранов, как Михаил Павлович, осталось в живых? Каждый год 9 Мая Михаил Павлович получает личное поздравление от Владимира Владимировича Путина на открытке с подписью. Может, хотя бы к этому Дню Победы Министерство обороны, суд и другие государственные органы смогут применить свои полномочия и «иной» — ​человеческий — ​подход к жизни одного из последних ветеранов.

Анастасия Егорова
руководитель направления «Волонтеры России»
https://novayagazeta.livejournal.com/8361239.html

Tags: война, демагогия, пенсии, советское
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments