harmful_grumpy (harmfulgrumpy) wrote,
harmful_grumpy
harmfulgrumpy

Categories:

Хренниковская семерка и Т. Хренников как натуральный лицемерный советский функционер

Надо и советских известных деятелей отметить, а то всё сплошь "антисоветчики" попадаются умело скрывавшиеся  в закономерно издохшем мёртворожденном СССР - Г. Жженов, И. Смоктуновский, И. Владимиров и множество других. В первой части, как видим, у советских повторяются всё те же лживые мифы: Хренников - честный человек, доносов никаких не писал, никого не гнобил, притом что у него репрессировали двух родственников, и после 1991 продолжал восхвалять русофобскую тварь Джугашвили, т.е. действительно натуральный советский, к русским не имевший отношения. Музыку к фильмам писал? - У нас этих "фильмокомпозиторов" милльонов 15 по миру наберется и все "знаменитые", а так что у него? - оперетка "Буря" в честь главного упыря Ленина (Бланка), "свинарка и пастух" и что-то ещё.

Оригинал взят у red_nadia в 10 июня

Тихон Николаевич Хренников.
105 лет со дня рождения.
Его имя знают все. Надеюсь, что все. Уж " Московские окна",  полагаю , знакомы и нынешним.

Семья дяди была очень дружна с его семьей. Я наслышана обо многом.
Честнейший и порядочнейший человек.
Помогал всем. Не счесть!
Спасал и от тюрьмы, и от сумы.
Большой русский человек.
Светлая память.
______________________________________________________________
Общероссийская общественная благотворительная
организация инвалидов — жертв политрепрессий

Российская ассоциация жертв
незаконных политических репрессий

10/06/2013 При Тихоне Хренникове композиторы не репрессировались… Он подписал лишь заявление, приветствовавшее ПРИГОВОР Верховного Суда СССР М.Н.Тухачевскому, И.Э.Якиру и другим О РАСТРЕЛЕ ...

В 1939 году написал оперу «В бурю» (1939), которая стала «первым успешным опытом претворения в музыке революционной темы», в ней Хренников впервые вывел в опере В. И. Ленина. В 1950 году написал оперу «Фрол Скобеев» (1950). Писал музыку к спектаклям и фильмам, в том числе «Свинарка и пастух» (1941), «В шесть часов вечера после войны» (1944) и т. д. В его музыкальном спектакле «Доротея» (и других) одну из главных ролей на премьере исполнял оперный певец Леонид Екимов. В 1941—1956 отвечал за музыкальную часть в ЦАТСА.

Уже в 1930-е гг. Хренников вошел в официальную обойму советских композиторов, представляя «композиторскую молодёжь». Характерно его выступление во время дискуссии о статьях в «Правде» «Сумбур вместо музыки» и «Балетная фальшь», состоявшейся в феврале 1936 г.:

Наряду с другими официальными представителями советской культуры — Н. И. Челяповым, Н. Я. Мясковским, Н. К. Чемберджи, С. Н. Василенко, В. А. Белым, А. М. Веприком, А. И. Хачатуряном, Б. С. Шехтером, М. Л. Старокадомским, Г. Н. Хубовым, В. И. Мурадели, В. М. Юровским, Л. В. Кулаковским, Хренников подписал заявление, приветствовавшее «приговор Верховного Суда СССР, вынесенный предателям родины, фашистским наемникам — М. Н. Тухачевскому, И. Э. Якиру и другим».

Долгое время распространялась легенда о том, что советские музыканты в период правления Хренникова якобы не подвергались репрессиям, не арестовывались и т. д. В интервью, данном пианисту Яше Немцову 8 ноября 2004 г. в Москве, Хренников утверждал, что благодаря его заступничеству, был «тут же освобожден» «задержанный» композитор Моисей Вайнберг, и то же произошло с А. М. Веприком. В действительности, Веприк провел в Гулаге четыре года, а Вайнберга, вышедшего на свободу в июне 1953 г. спасла от преследований и, возможно, гибели, смерть Сталина. Данные о репрессиях в отношении музыкантов после 1948 г. лишь начинают публиковаться, но и обнародованные свидетельства подтверждают массовый характер преследований.

В 1949 году Хренников подверг уничтожающей критике молодого композитора Александра Локшина, воспользовавшись формулировками одного из идеологов сталинизма, Павла Апостолова; при этом «модернистскому» творчеству Локшина в качестве образца истинного, народного по духу искусства была противопоставлена кантата «Сон Степана Разина» Галины Уствольской. Это выступление вызвало возмущение М. Ф. Гнесина, обвинившего Хренникова, не осмелившегося критиковать Локшина в профессиональной среде, в двуличии. Результатом погрома явилось изгнание Локшина из академической среды.

Как руководитель Союза композиторов, Хренников не сделал ничего для отмены приговора в отношении первой жены С. С. Прокофьева, Лины Ивановны, арестованной 20 февраля 1948 года. по сфабрикованному обвинению, или хотя бы облегчения ее участи в лагере. Никто не заступился за сыновей Прокофьева, принудительно выселенных из своей квартиры. После возвращения Лины Ивановны из лагеря Союз композиторов не помог улучшить стесненные жилищные условия первой семьи композитора — за семью заступились Ирина Архипова и Зураб Соткилава. Первая семья Прокофьева подвергалась систематическим унижениям: так, по свидетельству Святослава Прокофьева, Лине Ивановне, лично приглашенной министром культуры Франции на открытие мемориальной доски Прокофьева в Париже, Союз композиторов ответил: «Считаем вашу поездку нецелесообразной». На церемонии присутствовал Хренников со всей своей семьей. Лину Ивановну Прокофьеву не пустили и на открытие оперного театра в Сиднее. В то же время, Святослав Прокофьев отмечал типичную логику функционера: при случае Хренников мог и помогать «в границах, когда не было угрозы его собственному положению и карьере […]. Но эти границы никогда не переходил».

Идеологические кампании 1948—1949 годов против «формалистов» в музыке непосредственно продолжили так называемую «борьбу с космополитами» — политику государственного антисемитизма, расцветшего после Второй мировой войны и проявившегося в самых разных формах, в том числе в искусстве — от знаменитых идеологических постановлений, деклараций официальных писателей и критиков до омерзительных карикатур и площадной антисемитской брани в журнале «Крокодил». Историки государственного антисемитизма в СССР называют Тихона Хренникова в ряду наиболее активных поборников «чистоты русской культуры». При этом в советской официальной политике и до, и после смерти Сталина постоянно проводилась четкая граница между «хорошими советскими евреями» и «нацистами-сионистами». Этой «партийной линии» следовало руководство Союза композиторов, клеймившее «сионистских агрессоров», «агентов мирового империализма» и расправлявшееся с «идеологически порочными», «враждебными» явлениями в советской музыкальной культуре. Понятие «сионист» зачастую использовалось как жупел в борьбе с неугодными режиму людьми разных национальностей, вероисповеданий, убеждений и т. д. (Рославец, Николай Андреевич). «Борьба с формалистами» проводилась также в других странах: по свидетельству Дьёрдя Лигети, после официального визита Хренникова в Будапешт, в 1948 году был снят с репертуара балет Б. Бартока «Чудесный мандарин»; буквально за ночь были перенесены в запасники полотна французских импрессионистов и проч. В 1952 году Лигети чуть не был лишен права на преподавание за то, что демонстрировал студентам запрещенную партитуру «Симфонии псалмов» И. Ф. Стравинского, — Лигети спасло личное вмешательство З. Кодаи.

После смерти И. В. Сталина Хренников сохранил свои позиции и оставался на протяжении более 40 лет единственным руководителем советской музыки. В это время Хренников написал оперы «Мать» (1957), «Золотой телёнок» (1985), балет «Любовью за любовь» (1976), «Гусарская баллада» (1979), оперетту «Сто чертей и одна девушка» (1963) и т. д. Поддерживал «партийную линию» в музыке, участвовал в гонениях на композиторов (см. Хренниковская семёрка). Замалчиванию или систематическим нападкам подвергалось наследие русского авангарда, а также его исследователи. Так, многие годы третировался немецкий публицист Детлеф Гойовы (1934—2008), пропагандировавший на Западе «новую советскую музыку 20-х гг.». Публицисту, ославленному антисоветчиком, до 1989 года был запрещен въезд в СССР; копии его статей, пересылаемых коллегам, арестовывались советской таможней. В свою очередь, не выпускались за границу отечественные музыковеды, занимавшиеся наследием русского авангарда (см. Рославец, Николай Андреевич).

С 1961 года преподавал в МГК имени П. И. Чайковского (с 1966 года – профессор).

В последнее десятилетие свой жизни Хренников негативно высказывался о лидерах перестройки, распаде СССР и ликвидации соответствующих структур: «Здесь было предательство наших руководителей. Я считаю предателем партии и предателем народа Горбачева и его приспешников, которые специально устроили травлю советского искусства […]».

В одном из программных интервью Хренникова газете «Завтра» прославляется И. В. Сталин — «гений» и «совершенно нормальный человек», терпимый к критике, а также советская культурная политика, несмотря на то, что в 1937 году были репрессированы два брата Хренникова — Борис и Николай (последний был оправдан 2 года спустя):

Действительный член Международного Леонардо-клуба.

Умер 14 августа 2007 года в Москве. Похороны прошли в Ельце 17 августа 2007 года. Ещё за несколько месяцев до своей кончины Тихон Николаевич говорил о том, что хотел бы быть похоронен в Ельце, в городе, где он родился, который он очень любил, где были похоронены его родители. Администрация города, посоветовавшись с внуком и дочерью композитора, решила похоронить его в саду его собственного дома-музея, где он родился.

Общественная деятельность и советские награды


  • член ВКП(б) с 1947 года

  • кандидат в члены ЦК КПСС с 1976 года

  • член ЦРК КПСС (1961—1976)

  • депутат ВС СССР 6—11 созывов (1962—1989)

  • генеральный (1948—1957), первый (1957—1991) секретарь СК СССР



  • Сталинская премия второй степени (1942) — за музыку к к/ф «Свинарка и пастух» (1941)

  • Сталинская премия второй степени (1946) — за музыку к к/ф «В шесть часов вечера после войны» (1944)

  • Сталинская премия второй степени (1952) — за музыку к к/ф «Донецкие шахтёры» (1950)

  • Государственная премия СССР (1967) — за цикл инструментальных концертов (концерт для скрипки с оркестром, концерт для виолончели с оркестром)

  • Ленинская премия (1974) — за 2-й концерт для фортепиано с оркестром

  • Государственная премия РСФСР имени М. И. Глинки (1979) — за 2-й концерт для скрипки с оркестром

  • премия Президента Российской Федерации (2003)

Источники: http://people-archive.ru/character/tihon-nikolaevich-hrennikov
http://ooboijpr.ru/2013/06/10/pri-tihone-hrennikove-kompozitory-ne-repressirovalis-on-podpisal-lish-zayavlenie-privetstvovavshee-prigovor-verhovnogo-suda-sssr-m-n-tuhachevskomu-i-e-yakiru-i-drugim-o-rastrele/
  * * * * *
ХРЕННИКОВСКАЯ СЕМЕРКА
В речи Т. Хренникова вы, разумеется, не найдете слова "русский" - только "советская" музыка, "закавказская", зато в "Голосе Америки" почем-то? есть - "русским музыкальным святыням Мусоргскому, Чайковскому и даже Шостаковичу..".

Отчётный доклад первого секретаря правления Союза композиторов СССР Т. Н. Хренникова

Из публикации в газете «Советская культура», 23 ноября 1979 г. № 94 (5310).

Отдавая должное успехам молодёжи, мы, однако, не можем считать, что всё здесь обстоит благополучно. Дело не только в том, что наряду с яркими появляются и серые, невыразительные, а порой и вовсе беспомощные сочинения...

Наша критика часто проходит мимо этих нездоровых явлений, считая их единичными. Такой либерализм вреден как авторам, так и всему поступательному двидению советской музыки...тут же включают их в программы и выдают за последнее слово советской музыки. Сами же авторы (замечу, члены нашего союза, музыка которых звучит у нас иной раз чаще, чем она того заслуживает) объявляются «неофициальными композиторами», якобы притесняемыми в Советском Союзе. Вот передо мной программа одного из таких фестивалей, прошедшего весной нынкшнего года в Кёльне. Название у него довольно претенциозное — «Встреча с Советским Союзом». Только в эту «встречу» почему-то включены «опусы» некоего Артура Лурье, ещё в 1920 году эмигрировавшего из Советской России, и более поздних эмигрантов — Иозефа Шиллингера и Андрея Волконского. Им ли представлять нашу страну, нашу музыку?
В эту незавидную компанию по воле организаторов попали и советские композиторы, главным образом, молодые. Здесь не была показана музыка Прокофьева, Мясковского, Хачатуряна, Караева, Щедрина, Эшпая, Бориса Чайковского, Канчели… Зато в программе фестиваля оказались в основном те, кого организаторы сочли достойными называться советским авангардом: Е. Фирсова, Д. Смирнов, А. Кнайфель, В. Суслин, В. Артёмов, С. Губайдулина, Э. Денисов. Картина несколько однобокая, не правда ли? Примерно такую же картину представляет программа недавнего бьеннале в Венеции…
Мы всегда выступали и выступаем за то, чтобы советская музыка, в том числе и произведения молодых композиторов, как можно чаще звучала за рубежом, во всех уголках земли. Но мы стремились и будем стремиться, чтобы к зарубежному слушателю доходило во всём многообразии лучшее, что накоплено советской музыкой, самое харвктерное для её прошлого и сегодняшнего дня. ..
http://wikilivres.ru/%D0%9C%D1%83%D0%B7%D1%8B%D0%BA%D0%B0_%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%BD%D0%B0%D0%B4%D0%BB%D0%B5%D0%B6%D0%B8%D1%82_%D0%BD%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B4%D1%83

* * * * *


Оригинал взят у shaherezada в Татарская композиторша и Великолепная хренниковская СемёркаВчера по первому каналу выступала наша великая скрипачка Анна-Софи Муттер. Объявили: "Исполняется концерт татарский композиторши Софии Губайдулиной, посвящённый А.-С. Муттер".

Раньше никогда так не говорили. У меня сохранились программки - везде написано либо просто Губайдулина, либо бывшая советская композиторша Губайдулина. Сама С.Г. говорит о себе: «Я религиозный православный человек и религию понимаю буквально, как re-ligio — восстановление связи между жизнью и высотой идеальных установок и абсолютных ценностей, постоянное воссоздавание legato жизни." (Из Вики).

Мать С. Губайдулиной, если судить по имени: Федосия Федоровна, урождённая Елхова - этнически русская.

В Википедии в статье о Губайдулиной упомянут интересный культурный феномен: "Хренниковская семёрка". Вы в курсе? Я - нет. Но тут же расширила свой культурный кругозор:

"Хренниковская семёрка" или Семёрка Хренникова (Khrennikov's Seven) – группа из семи российских советских композиторов, подвергнутых жёсткой критике на VI съезде Союза композиторов в ноябре 1979 г. в речи Тихона Николаевича Хренникова. Поводом для критики послужило несанкционированное включение музыки этих композиторов в программы музыкальных фестивалей в Кёльне и Венеции. Их сочинения были охарактеризованы Хренниковым как написанные «только ради необычных тембровых комбинаций и эксцентричных эффектов», в которых «музыкальная мысль если и присутствует, то безнадёжно тонет в потоке неистовых шумов, резких выкриков или невразумительного бормотания... Им ли представлять нашу страну, нашу музыку?». Тон выступления напомнил I съезд Союза композиторов 1948, на котором музыка Сергея Прокофьева, Дмитрия Шостаковича, Николая Мясковского и других критиковалась тем же Тихоном Хренниковым и другими ораторами. Семь композиторов перечислены в следующем порядке:

1. Елена Фирсова
2. Дмитрий Смирнов
3. Александр Кнайфель
4. Виктор Суслин
5. Вячеслав Артёмов
6. София Губайдулина
7. Эдисон Денисов.


На съезде эти композиторы были подвергнуты официальному бойкоту. В течение ряда последующих лет их имена составляли «чёрный список» на радио, телевидении и в концертных организациях. К 1991 году четверо из семи (кроме Эдисона Денисова, Александра Кнайфеля и Вячеслава Артемова) покинули СССР. (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D1%81%D0%B5%D0%BC%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B0)
  * * * * *

«ХРЕННИКОВСКАЯ СЕМЁРКА»

На родине музыку Денисова продолжали замалчивать. В русле общей кампании запретов и следующие факты, показы¬вающие, в каком положении находились композиторы-новаторы, как чиновники от музыки могли перечеркнуть их судьбу, не дать возможности исполняться и печататься, развивать международные контакты. Приглашения из-за границы в большинстве случаев до Денисова вообще не доходили. А переписку с иностранцами вели от его имени другие люди. Вот один из случаев. Денисова пригласили в Латинскую Америку для участия в курсах современной музыки. Естественно, ком¬позитору поехать не удалось. Обществу современной музыки Уругвая был послан ответ. В нем сообщалось, что Денисов не является лектором-специалистом и не в состоянии сделать доклад о музыкальной жизни в Советском Союзе. Взамен Денисова Союз композиторов предлагал другого музыканта, который мог, по официальной мотивировке, сделать сообщение «на более высоком уровне».

В других случаях писалась и откровенная неправда. Так, например, в 1970 году Денисова пригласили в театр «Comédie des Alpes» для работы над музыкой к пьесе Михаила Булгакова «Иван Васильевич». Официальные письма были посланы в различные инстанции. Директор театра приложил массу усилий, чтобы добиться приглашения Денисова. Да и сам композитор был заинтересован в таком заказе. Но ответ из Союза композиторов — очередной образец советского бюрократического красноречия — был такой: "Уважаемые господа! Получили Ваше письмо, в котором Вы предлагаете Э.Денисову написать музыку к пьесе Булгакова «Иван Васильевич». Как сообщил нам композитор, он в начале был склонен принять Ваше предложение, но сейчас он получил неожиданный весьма срочный заказ, выполнение которого займет на ближайший период все его свободное от работы в консерватории время Так беззастенчиво распоряжались судьбой Денисова в этом и многих других аналогичных случаях. Сколько подобных приглашений осело в кабинетах Союза композиторов! В атмосфере лжи и замалчивания творили в то время композиторы, за¬нимавшие честную позицию в искусстве и не желавшие идти на компромиссы.

В начале 70-х годов Денисов сумел обрести себя в новой форме деятельности. Его активность и организационные способности, обращавшие на себя внимание еще в студенческие годы, проявились в том, что он начал руководить двумя циклами концертов в Союзе композиторов. Первый цикл назывался «Музыка XX века». Просуществовал он недолго. Руководству не понравился естественно вспыхнувший интерес к музыке Шнитке, Губайдулиной, Мансуряна, современных зарубежных композиторов. Впервые в концертах этого цикла прозвучали после длительного перерыва некоторые сочинения Николая Рославца и Леонида Половинкина. Второй цикл — «Новые произведения композиторов Москвы». Им Денисов руководил до начала 90-х годов. С рыцарским бескорыстием он пропагандировал музыку талантливых малоизвестных московских композиторов.

Александр Вустин:








— В начале 70-х годов Денисов создал в Доме композиторов площадку, где дал возможность всем реализоваться. Он никому не закрывал дорогу и всегда помогал. Это говорит о его необычайной, редкостной человеческой содержательности (из беседы 20.04.1993).






Регулярные концерты двух циклов в Союзе композиторов стали яркой приметой музыкальной жизни Москвы 70 — 80-х годов. На многие концерты было трудно попасть, залы были переполнены. Именно здесь прорывалось новое искусство, приоткрывалась завеса творческой изоляции.

Еще одни любопытный факт биографии композитора связан с открывшейся в 1966 году в Москве студией электронной музыки. Электронный аппарат — синтезатор АНС — был изобретен ученым Евгением Александровичем Мурзиным, посвятившим свое изобретение Александру Николаевичу Скрябину. Установили его на мемориальной квартире Скрябине, ставшей единственным местом в Москве, где композиторы имели возможность окунуться в новый мир электронный звучаний. За время существования студии в ней было сделано немало интересных открытий. Здесь работали Софья Губайдулина, Альфред Шнитке, Эдуард Артемьев. Немаловажную роль сыграла эта лаборатория и в жизни Денисова. Результат его электронных экспериментов того времени — композиция «Пение птиц».

Электронная студия в Москве просуществовала около десяти лет; в конце 70-х годов всю работу объявили ненужной и неперспективной. Студию закрыли. Но ростки дали свои всходы. Денисов продолжил электронные поиски в начале 90-х годов в Париже.

В конце 70-х годов в среде музыкантов часто упоминалось выражение «хренниковская семёрка». Это семь композиторов, которых Тихон Хренников в докладе на VI съезде композиторов СССР объединил в одну группу и назвал не представляющими подлинного лица советской музыки. В эту группу вошли Елена Фирсова, Дмитрий Смирнов, Александр Кнайфель, Виктор Суслин, Вячеслав Артёмов, Софья Губайдулина. Завершал список Эдисон Денисов. Поводом для приклеивания такого ярлыка стала популярность этих композиторов за рубежом, и конкретно — исполнение их произведений на фестивале советской музыки в Кёльне в 1979 году. Композиторам, имена которых произнес Хренников на съезде, объявили бойкот.

Собственно говоря, ничего нового в этом для Денисова не было: его также не исполняли, не издавали, не записывали. Причем запреты на его музыку касались не только концертов внутри страны. Рука начальства Союза композиторов, Министерства культуры СССР, а также отдела культуры ЦК КПСС (откуда непосредственно шла большая часть запретов) простиралась далеко за пределы родины. Программы гастролей свободно изменялись, причем эти отмены (снятия произведений Денисова) делались нередко за несколько часов до отъезда исполнителей. Тем самым музыканты часто оказывались в неловком положении, так как вынуждены были играть не то, что от них ожидали, а то, что им диктовали «сверху» http://wikilivres.ru/%D0%AD%D0%B4%D0%B8%D1%81%D0%BE%D0%BD_%D0%94%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%81%D0%BE%D0%B2_(%D0%A5%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%BF%D0%BE%D0%B2,_%D0%A6%D0%B5%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B0)/%D0%93%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%B0_I#6._.C2.AB.D0.A5.D0.A0.D0.95.D0.9D.D0.9D.D0.98.D0.9A.D0.9E.D0.92.D0.A1.D0.9A.D0.90.D0.AF_.D0.A1.D0.95.D0.9C.D0.81.D0.A0.D0.9A.D0.90.C2.BB
* * * * *
Это и был тот «чёрный список», получивший в народе звучное имя «Семёрки Хренникова», который вывешивался в редакторских кабинетах Всесоюзного радио и телевидения. Многие наши друзья, например Лёня Грабовский, искренне жалели, что они не попали с нами в этот список, так как одновременно с неприятностями, которые неминуемо должны были последовать, они получили бы хорошее «паблисити». Даже Альфред Шнитке, первый сообщивший нам о «погроме» (мы с Леной «прозевали» эту эпохальную речь), недоумевал, почему он не с нами, а с теми, кого хвалят. Шнитке уже пережил свой «погром», здорово настрадался от Хренникова и так его ненавидел, что, по его словам, «готов был задушить своими руками»
Из передачи "Голос Америки"
Музыка, являющаяся наименее идеологическим видом искусства, всё ещё находится под жёстким политическим контролем в Советском Союзе. К такому выводу пришёл Харлоу Робинсон, пишущий докторскую диссертацию по русской литературе при Калифорнийском университете в Джерси. Харлоу Робинсон недавно вернулся из полугодичной поездки в Москву и делится своими впечатлениями с читателями «Чикаго Трибюн». Он в частности пишет, что, как он их назвал, «семёрку Хренникова» критиковали на последнем VI съезде Союза советских композиторов за отсутствие у них связи с реальной действительностью. «Семёрка Хренникова» — так удачно шутят по поводу советских композиторов-авангардистов Елены Фирсовой, Д. Смирнова-Садовского, Александра Кнайфеля, Виктора Суслина, Вячеслава Артёмова, Софии Губайдулиной и Эдисона Денисова. Критика исходила от первого секретаря Союза композиторов Тихона Хренникова. Все наши слушатели, которые забыли эти слова, могут освежить их в памяти, если обратятся к первому номеру журнала «Советская музыка» за этот год. Мы же представим, так сказать, другую сторону. Харлоу Робинсон в обширной статье в «Чикаго Трибюн» отмечает, что все семеро сравнительно молоды, они родились после 1940 года и безусловно представляют собой новое поколение композиторов последних 10 лет. У всех у них живой интерес к последним достижениям серьёзной западной музыки, а это, по мнению автора, оставляет их за пределами современной советской музыки, которую он характеризует как программную и повествовательную. Их произведения основаны главным образом не на мелодии. Артёмова, например, интересует чистый звук; Суслин находится под влиянием Джона Кейджа и Карлхайнца Штокхаузена, для которых мелодия не самое главное в музыке; вдохновитель Кнайфеля — композитор, которого называют нигилистом — Янис Ксенакис. Все семеро в той или иной степени близки к нововенской школе — Шёнберг, Веберн, Берг — и к электронной музыке Пьера Булеза во Франции, нежели к русским музыкальным святыням Мусоргскому, Чайковскому и даже Шостаковичу и Прокофьеву. Видимо, эта тенденция в музыке т. н. «семёрки Хренникова», считает Харлоу Робинсон, больше всего и раздражает самого секретаря Союза композиторов, аргументы которого он называет смягчённой версией сталинской ненависти ко всему иностранному. Поэтому, продолжает Х. Робинсон, ничего удивительного не было в том, что ни в одну программу множества концертов, посвящённых VI съезду Союза композиторов не были включены произведения «Хренниковской семёрки», зато они были буквально наводнены вещами типа кантат и символических поэм, основанных на политических текстах. Подобно громовому финалу оратории «Хлеб и песня» по книге Брежнева «Целина» или бесцветной кантаты «Поэма о конституции». Между прочим, Х. Робинсон отмечает дальше, что в последний момент в программу концерта были внесены изменения, связанные с произведением композитора Арво Пярта, поскольку он решил эмигрировать на запад. В настоящее время Арво Пярт уже находится в Европе. В то время как произведения официальных советских композиторов часто исполняются в Советском Союзе, пишет Х. Робинсон, и почти никогда за границей, вещи композиторов так называемой «хренниковской семёрки» наоборот. Все семеро были представлены, например, на фестивале советской авангардной музыки в Кёльне. На родине же их можно услышать во время концертов в небольших залах для избранных, куда можно войти только по пригласительным билетам, как это было не так давно во время концерта в Доме композиторов в Москве, где были лишь те, кто имеет отношение к музыке. И всё-таки по сравнению с выступлением на I съезде Союза композиторов в 1948 году, где тот же Хренников, вторя Жданову, атаковал Шостаковича, Прокофьева и других, его нападки на VI съезде были мягче. Это позволяет автору статьи в «Чикаго трибюн» Х. Робинсону, полгода жившему в Москве, сделать такой вывод: Советский Союз 80-х годов, в котором, хотя и не исчезло подавление творческой свободы, тем не менее уже не Советский Союз 40-х годов...
http://wikilivres.ru/%D0%A1%D0%B5%D0%BC%D1%91%D1%80%D0%BA%D0%B0_%D0%A5%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%B0_(%D0%A1%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BD%D0%BE%D0%B2)


Tags: мифы, музыка, советское
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments