harmful_grumpy (harmfulgrumpy) wrote,
harmful_grumpy
harmfulgrumpy

Categories:

Жуков хотел меня расстрелять. Дважды Герой Советского Союза В. Попков.


ПОПКОВ Виталий Иванович
01. 05. 1922 - 06. 02. 2010
Дважды Герой Советского Союза
, фото с http://www.leonid-bykov.ru/fight/8.htm

К общему образу Маршала Победы Г.К. Жукова. Читателям надо помнить, что описания происходящего на войне могут немного отличаться, поскольку воспоминания записывались разными корреспондентами, некоторые моменты прошлого добавлялись в интервью при воспоминаниях. Но результат остался неизменным - Жуков расстрелял просто так нескольких советских офицеров летчиков, без намеков на следствие и тем более суд, они его просто раздражали, обычное для него дело.

25 февраля 2005 г.  

Мой позывной -"Маэстро"

Имена великих летчиков Ивана Кожедуба и Александра Покрышкина, сбивших 62 и 59 вражеских самолетов соответственно, всегда и заслуженно у всех на слуху. Но мало кто знает тех героев неба, которые сбили на 5-10 фашистов меньше. Впрочем, вряд ли у кого язык повернется сказать, что они, в отличие от Кожедуба и Покрышкина, не делали погоду на фронтах Великой Отечественной. Поэтому "АиФ" предоставляет слово одному из тех выдающихся пилотов Второй мировой, кого сами Кожедуб и Покрышкин причисляли к нашим лучшим летчикам.



Виталию Ивановичу ПОПКОВУ при жизни, еще в 1953 г., поставлен памятник в Москве на Самотечной площади...

В конце 42-го Жуков чуть не расстрелял меня...

С ТЯЖЕЛЫМИ кровопролитными боями я "исколесил" чуть ли не все небо Европы.

Сражался под Москвой (именно здесь я сбил первый самолет врага), под Сталинградом, на Курской дуге, освобождал Украину, Польшу, Венгрию, Австрию. Участвовал в Берлинской операции. И тут, над Берлином, сбил последний самолет врага.


В Пентагоне на специальной плите, где высечены имена 23 лучших советских летчиков, есть и мое имя...
А могло не быть... В конце 1942 г. Жуков чуть не расстрелял меня. Навечно мог отправить на небо вместе с моими боевыми друзьями.  Жуков был вне себя, видя, как безнаказанно хозяйничают немцы в небе над Сталинградом. И никто не мог объяснить ему, что у нас всего семь (!) самолетов против 2000 (!) фашистских стервятников. Понятное дело, что наше влияние на фронтовую ситуацию было подобно уколам слона швейной иголкой. Наше положение усугублялось тем, что как раз в эти дни начинал действовать приказ N 227, известный под названием "Ни шагу назад!". Согласно этому приказу за любые проступки, отразившиеся на ходе боев, командиры имели право расстреливать виновных на месте!

Именно после выхода этого приказа мы и попали под горячую руку Жукова, который считал, что за безраздельное господство немцев в воздухе должны ответить мы - семь несчастных летчиков. Жуков настойчиво требовал, чтобы Зайцев расстрелял нас лично. На что наш командир отвечал: "Я своих не расстреливаю! Их и так все меньше с неба возвращается. А стреляю я только по немцам..." Жуков окончательно вышел из себя, и его люди на наших глазах расстреляли нескольких офицеров, чей неприглядный вид вызвал у него отвращение. Может, они и вправду были пьяны. Не знаю. Сам Жуков пьян не был. Это я утверждаю вопреки появившимся теперь слухам. Он действовал на трезвую голову: осознанно, хладнокровно и беспощадно...

Когда отмечали 70-летие маршала Жукова, я оказался с ним в президиуме. Он сказал мне: "Генерал, а я вас, кажется, на войне встречал?" Я отвечал: "Да, товарищ маршал, это было дважды. И один раз вы меня чуть не расстреляли..." Подъехал черный правительственный "ЗИЛ", и Жуков предложил подвезти меня домой. В машине он вдруг сказал: "Я должен был тогда так действовать, чтобы прекратить панику, поднять деморализованный дух армии и остановить отступление под Сталинградом. И, если что-то оказалось не так, каждый должен теперь понимать, что время было такое... Из-за нестойкости единиц паника охватывала всех. И если бы мы это не остановили железной рукой, войну проиграли бы!"

Я, боевой летчик, заплакал, потому что живыми у них были только глаза...

ПЕРВУЮ Золотую Звезду Героя Советского Союза я получил после победы на Орловско-Курском направлении в 43-м году за 24 сбитых самолета противника.

...Однако не только я сбивал, но и меня три раза сбивали. Первый раз - под Москвой в начале 42-го. Меня подожгли, и я еле успел выброситься с парашютом из горящего самолета. Я так обгорел (около 60% тела), что пришлось делать 6 пластических операций. Второй раз сбили ближе к осени 42-го где-то между Донбассом и Харьковом. Третий раз пришелся на бой в Польше примерно в начале 44-го. А ранений и не сосчитать. На мне нет живого места. Когда подожгли, мясо на ногах обгорело кое-где до костей, рукам тоже досталось, а лицо вообще было не узнать. Так и остались на память от той войны обгоревшие губы без границ и не совсем правильный нос. (А ведь была у меня еще и война корейская: в дивизии, которой командовал в Корее Иван Кожедуб, был я одно время его заместителем, а до войны мы сидели с ним за одной партой в Чугуевском училище...)

Вторую Звезду Героя вручили мне в 45-м. К дню Парада Победы за мною числилось уже 47 самолетов, сбитых лично, и 13 - в группе. По данным наших союзников, у меня значительно больше. Американцы, например, считают, что мною сбито 168 машин...http://www.aif.ru/archive/1639790
http://www.peoples.ru/military/aviation/vitaliy_popkov/history.html


  * * * * *
Взято у oboguev в  http://oboguev.livejournal.com/2413834.html
Рассказывает дважды герой Советского Союза, генерал-лейтенант авиации Виталий Попков.
Прототип сразу двух главных героев — Маэстро и Кузнечика — в фильме "В бой идут одни старики":
Под Сталинградом нас, семерых летчиков–асов, пригласили на военный совет. В землянке сидел Жуков, который к тому времени был заместителем Верховного главнокомандующего, секретарь ЦК Маленков, представители военных советов и генералов человек тридцать. Под Сталинградом к тому времени сложилась катастрофическая обстановка: наши войска, отступая, дошли до берегов Волги. В это время вышел знаменитый приказ №227 — “Ни шагу назад”.

Встреча началась с того, что нам сказали: “Вы очень плохо воевали, поэтому враг у великой русской реки”. Известно, что 70% авиации было выбито в первый месяц войны, к тому же у нас были старые машины.

Тут Маленков предложил: “Трусов и паникеров надо расстреливать на месте”. Жукову это мысль понравилась, он подошел к командиру нашего полка Василию Зайцеву (а был он Героем Советского Союза, только под Сталинградом сбил 19 немецких самолетов) и спросил: “Сколько вы своих летчиков расстреляли?” Василий опешил: “Я своих расстреливать не умею”.

Жуков взбеленился: “Ах, не умеете! Сейчас мы вам покажем”, — выбрал наугад из присутствующих четырех офицеров, вывел их из землянки и без объявления всякой причины приказал прибывшему с ним взводу охраны расстрелять...

P.S. Эйзенхауэр про Жукова.

  * * * * *


Позывной “Маэстро”
Он командовал знаменитой “поющей” эскадрильей, будучи сержантом. Под Сталинградом заместитель Верховного главнокомандующего Жуков его едва не расстрелял, а генерал Потанов необычным образом наградил.
     Виталий Попков стал прообразом сразу двух главных героев — Маэстро и Кузнечика — в культовом фильме “В бой идут одни старики”. В день, когда исполняется 63 года с начала Великой Отечественной войны, корреспондент “МК” исследовал уникальную судьбу этого человека...

— Как появилась в составе полка “поющая эскадрилья”?
     — Меня вызвал к себе политрук и заявил с порога: “Ты, Попков, комсомолец, вот и организуй для поддержания в полку морального духа ансамбль художественной самодеятельности”.
     Музыка среди летчиков всегда была в почете. Я обожал джазовые импровизации Эда Родмана, старался копировать его манеру дирижировать, его жесты. Он играл на трубе и с ее помощью даже руководил ансамблем. Вскоре наши летчики нашли маленькую трофейную трубу из духового оркестра. Помню, на ней было выбито четыре медали. Этой трубой, как Родман, я и стал дирижировать своей джаз-бандой. Вскоре меня иначе как Маэстро и не называли.
     Это уже режиссер Быков в фильме сделал акцент на народные песни, которые звучали более патриотично. В нашем репертуаре были и фронтовые песни, и одесские блатные. Последние появились благодаря Утесову. Леонид Осипович не раз со своим ансамблем приезжал к нам в полк. Однажды, будучи в кратковременном отпуске, мы побывали у Утесова дома. Когда я посетовал, что у нас есть патефон, а к нему одна-единственная пластинка с танго “Рамона”, артист распахнул тумбочку и подарил нам 42 пластинки с еще дореволюционными блатными одесскими песнями. Они прошли с нами через всю войну. Сначала мы их просто слушали, а потом стали разучивать. Например, песню “Мишка-одессит” мы переделали на свой лад: главный герой из моряка превратился у нас в пилота.
     Кстати, Утесов подарил нашей эскадрилье два истребителя, построенные на деньги, заработанные его ансамблем. На одном из них техники сделали надпись “Веселые ребята”, на другом — нарисовали голову льва. В полку считалось почетным совершать боевые вылеты на этих самолетах.

“Жуков меня едва не расстрелял”


Был в жизни Виталия Попкова случай, который в середине семидесятых никак не мог войти в картину.

 — Под Сталинградом нас, семерых летчиков–асов, пригласили на военный совет. В землянке сидел Жуков, который к тому времени был заместителем Верховного главнокомандующего, секретарь ЦК Маленков, представители военных советов и генералов человек тридцать. Под Сталинградом к тому времени сложилась катастрофическая обстановка: наши войска, отступая, дошли до берегов Волги. В это время вышел знаменитый приказ №227 — “Ни шагу назад”. Встреча началась с того, что нам сказали: “Вы очень плохо воевали, поэтому враг у великой русской реки”. Известно, что 70% авиации было выбито в первый месяц войны, к тому же у нас были старые машины. Тут Маленков предложил: “Трусов и паникеров надо расстреливать на месте”. Жукову это мысль понравилась, он подошел к командиру нашего полка Василию Зайцеву (а был он Героем Советского Союза, только под Сталинградом сбил 19 немецких самолетов) и спросил: “Сколько вы своих летчиков расстреляли?” Василий опешил: “Я своих расстреливать не умею”. Жуков взбеленился: “Ах, не умеете! Сейчас мы вам покажем”, — выбрал наугад из присутствующих четырех офицеров, вывел их из землянки и без объявления всякой причины приказал прибывшему с ним взводу охраны расстрелять... На меня этот самосуд так сильно подействовал, что два месяца я не мог есть, питался одним жареным луком, который мне готовили девчонки с кухни, и пил молоко. После того военного совета мы летали до последней капли горючего, постоянно рисковали — садились в степи на необорудованные площадки...
Московский Комсомолец от 22.06.2004 http://www.mk.ru/numbers/1139/article33377.htm

* * * * *
Встреча с Жуковым. «Мало мерзавцев расстреливаем! Сколько вы лично расстреляли?»

Именно со Сталинградом и маршалом Жуковым связано одно из самых неприятных и унизительных воспоминаний летчика Попкова о войне — этот эпизод даже спустя шестьдесят лет вызывал в нем ярость и чувство горечи.
— Когда подписи собирали, чтобы Жукова реабилитировать, я отказался, — Виталий Иванович искренне и очень по-детски нахохлился в кресле. — Не потому, что не считаю его великим полководцем, а из-за личного…
А личное состоит в следующем. 23 августа немцы бомбили Сталинград. Город превратился в один огромный пожар: перемешанная с нефтью из разбитых хранилищ горела в Волге вода. Совершая по пять-шесть боевых вылетов в сутки, теряя одного за другим лучших летчиков, «семерка» (7-я воздушная армия) была не в состоянии прикрыть город и переправы. Превосходство немцев в воздухе было подавляющим. Истребители 5-го гвардейского дрались с отчаянной храбростью, часто в одиночку бросаясь на звенья немецких бомбардировщиков, идущих под прикрытием «экспертов» (так немцы называли своих лучших асов-истребителей). И гибли в неравных воздушных боях.
Попков был одним из самых умелых, храбрых и везучих летчиков. Сбив под Сталинградом уже семь машин противника, он знал себе цену, и когда 26 августа 1942 года его в числе трех других лучших летчиков-истребителей фронта вызвали в ставку, не удивился. «Наверное, начальство решило банкет устроить, накормят и наградят, а потом опять в бой», — решил сержант Попков с присущим ему оптимизмом. Но в землянке не оказалось ни столов с фронтовыми деликатесами, ни наград, зато собралось не меньше тридцати генералов. Летчиков поставили с краю, а когда вошли Жуков и Маленков, вытолкнули в первый ряд.
— Почему плохо воюете? — закричал маршал, добавив мата, без которого не обходился. — Мало вас, мерзавцев, расстреливаем! Сколько вы лично расстреляли?
Попков не растерялся:
— Нам, товарищ маршал, немцев хватает. Своих мы не расстреливаем.
— А вот я расстреливаю трусов и предателей! Во двор их…
Летчиков вывели во двор. Появились автоматчики. Виталий Иванович помнит страх и беспомощность перед нелепостью происходящего. И острое чувство унижения. Через минуту троих действительно расстреляли. Привели анонимных, безразличных от обреченности русских мужиков в гимнастерках без знаков различия и расстреляли среди пыли и обломков кирпича. А потом так же безлично уволокли. Кого? За что? Никогда не боявшийся ни чужих, ни своих Виталий Попков был ошеломлен произошедшим.
— Вот так и с вами поступят, — страшно оскалился Жуков, — если будете плохо воевать, суки! С этого дня больше не считать им боевых вылетов, сбитых самолетов, не поощрять, не представлять к званиям и наградам. Свободны…

Друг корейского народа
Когда летчики вернулись в полк, приказ маршала Жукова уже находился в особом отделе части. Благодаря ему в личный счет Виталия Ивановича Попкова не вошли 187 боевых вылетов и 13 сбитых под Сталинградом самолетов противника. Прибавьте к 47 учтенным еще 13 — получится 60. А у первого аса СССР Ивана Кожедуба — 62, у Александра Покрышкина — 59, у Григория Речкалова — 56.
http://naspravdi.info/novosti/i-dvazhdy-geroy-ne-rasstrelyannyy-zhukovym


  * * * * *
Жуков: "...не останавливаясь перед массовыми расстрелами навести порядок в группе Винтусова..."
http://allin777.livejournal.com/69853.html
Как надо разминировать минные поля русскими по-жуковски
http://oboguev.livejournal.com/1687764.html
  * * * * *
Шифрограмма № 4976, посланная 28 сентября 1941 года командующим Ленинградским фронтом Г. Жуковым армиям фронта и Балтийскому флоту:

"Разъяснить всему личному составу, что все семьи сдавшихся врагу будут расстреляны и по возвращении из плена они также будут все расстреляны"

(РГАСПИ, ф. 83 (Фонд Г.М. Маленкова), оп. 1, д. 18, л. 18-19.)
http://oboguev.livejournal.com/1709024.html

Письмо начальника ГПУ РКВМФ армейского комиссара 2 ранга И. Рогова секретарю ЦК ВКП(б) Г. М. Маленкову от 5 октября 1941 г. - отмена зверского приказа Г.К. Жукова о расстрелах

РГАСПИ, ф.83, оп.1, д.18, л.18-19.




Tags: война, жуков
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments